Сам себе Парамон

Николь повела носом и поняла, что очень хочет заплакать, но рептилоиды не умеют плакать, им попросту не за чем. Она почувствовала, как чешуйки завибрировали на всём теле.

– Я не хочу обратно на планету! Слышишь? Переселяй меня обратно! Немедленно! – Она неловким движением спрыгнула с кушетки.

– Николь… – Чистопалов тоже вскочил и, схватив её за могучие плечи, попытался встряхнуть. – Ты должна успокоиться, слышишь?

– А вдруг я останусь в этом теле навсегда? – Она обхватила себя лапами и больно вонзила когти себе бока.

 – Навсегда!

Её мысли завертелись с бешенной скоростью. Она вдруг неожиданно осознала, что если не переселится в своё тело, то может вообще никогда не вернуться домой. Никогда не вернуться домой… Какой ужас!

Но тут глаза её бешено округлились, а морда скривилась в страшной гримасе, потому что следующая мысль оказалась ещё ужасней предыдущей. Если она не вернётся домой, то может никогда не увидеть своих близких. Как же она не подумала об этом раньше? Она обхватила голову лапами и с силой её сжала.

Несколько зелёных чешуек осыпались на пол. Она может никогда не увидеть ни любящую её маму, ни заботящегося о ней отца, ни просто боготворящего её Губерта. Она вдруг поняла, что ей уже абсолютно не важно, что они думают о её будущем, не важно, как себя ведут и что делают. Ей важно только то, что она может больше никогда их не увидеть. Никогда… Из её пасти вырвался надрывный пронзительный рык. Она в сердцах топнула лапой об пол.

– Я хочу обратно в своё тело! Слышишь? – Она сделала к Чистопалову угрожающий шаг.

 – Немедленно возвращай меня обратно! – Она снова громко рыкнула.

– Тебя не отпускает планета… – почти шёпотом произнёс Игорь и на всякий случай отступил назад. – Я не знаю, что с этим делать… – Он почти стонал.

Николь в бешенстве черканула когтем ноги по глянцевому полу.

– Просто пробуй ещё раз! Пробуй столько раз, сколько потребуется! – она метнула на него гневный взгляд и сделала ещё один угрожающий шаг.

– Хорошо… – учёный нервно моргнул и смахнул со лба крупные капельки пота. – Давай попробуем ещё раз. Ложись. – Он указал дрожащим пальцем на кушетку.

Николь повиновалась. Последнее, что она услышала, как монотонно гудит закрывающийся люк.

***

Она очнулась и прислушалась. В тишине глухо жужжала вентиляция. Кто-то взял её за руку. Она отчаянно подумала: «За руку или за лапу?» Она открыла глаза и увидела Игоря, который низко над ней склонился.