Связанные звёздами

 – Рубиновая Табула – рубиново-красная каменная табличка. На ней высечен древний текст. Поэтому ее так и называют. С латыни слово «tabula» переводится как «доска». Так вот, текст Табулы состоит из двенадцати стихов, написанных Гадесом Пантамегистосом, – Леопольдо бросил на меня короткий взгляд и многозначительно поднял бровь. Я кивнула, стараясь запомнить услышанное.

– Гадес Пантамегистос – это мифическая фигура, полубог. Долгое время люди верили в легенды, связанные с ним. Сегодня мнения расходятся – многие сомневаются.

Ну и мрак! Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Полубоги… мистика… магия… какая-то каменная табличка. Мои мысли сплелись в бесформенный разноцветный клубок. Я задумчиво прижала палец к губам и невольно засмотрелась на сосредоточенное лицо итальянца. Ведет себя нахально, но все еще нравится мне. Из груди вырвался громкий печальный вздох.

– Какие тайны? – шепотом спросила я.

– На первый взгляд, стихи Пантамегистоса сформулированы довольно расплывчато, суть остается скрытой, однако… посвященные могут читать между строк. Могущественная сила была дана им. В старом они меняли новое, а в новом меняли старое. Они не смогли подчинить время, поэтому сейчас время правит ими, – процитировал Лео. – На Табуле трижды подчеркнута одна-единственная строка: И вчера, и сегодня.

Я мысленно прокрутила в голове слова итальянца, пытаясь осознать смысл сказанного.

– В стихе говорится о путешествии во времени! Это главный секрет рубиновой Табулы! – вскрикнула я.

Леопольдо одобрительно рыкнул.

– Giusto. Но это еще не все. Рубиновая Табула – это не просто инструкция, по которой можно следовать, чтобы стать путешественником во времени.

– Нет? – промямлила я.

– Дай мне договорить! Каждый может прочесть стихи на рубиновой Табуле и даже интерпретировать их. Но вот действительно полезной она может быть только для избранных.

У меня закружилась голова. Столько всего еще предстоит узнать, а главное – понять!

– Полезной? В смысле приносить какую-то выгоду, так? – натуженно спросила я.

Мне никак не удавалось отделаться от чувства, что до сих пор Леопольдо крутился вокруг да около, не переходя к сути.