На перекрёстке двух миров

Скорее всего, эти люди, а точнее, этот человек из GSG предположил, что твой брат мог, а в его ситуации и неизбежно должен был, положиться на кого-то извне. Наверняка Говард Мэйсон навел справки о Ричарде и узнал, что, кроме тебя, близких родственников у него нет. Меня в расчет не приняли, хотя и непонятно, почему. Но, так или иначе, выбор пал на тебя. Поэтому босс и решил таким способом узнать, подтверждается его версия или нет. Ничего… Мы еще посмотрим, кто кого. Верно я говорю, а, Бетти?

Глаза девушки, на мгновение увлажнившиеся, высохли будто по мановению волшебного жезла, а в них появился блеск.

Расправились плечи, она улыбнулась.

– Ну, вот. Теперь я узнаю мою девочку, неустрашимую и решительную Элизабет. Ту Элизабет, в чьих жилах течет кровь одного из самых талантливых исследователей, авантюристов и лингвистов, каким был сэр Ричард Бертон. Вы с братом чем-то похожи на него: такие же решительные и целеустремленные. Ну, а склонность к авантюрам и приключениям лишний раз подтверждает эту преемственность.

Страх вам неведом.

– Дядя, дядя, остановитесь, – рассмеялась девушка, у которой стало немного легче на душе. – Ты совсем нас захвалишь!

– Да я и не собирался этого делать. Я всегда говорю лишь правду!

– Конечно, конечно. Только куда делся тот суровый, неулыбчивый человек, не терпящий пререканий, с которым мы познакомились семнадцать лет назад.

– Ваша с братом непосредственность и душевная теплота сразили меня наповал. Даже закаленный морской волк не смог устоять, – добродушным голосом произнес ее дядя.

 – А ты что, Бетти, хочешь, чтобы он вернулся?

– Нет, нет, нет, что вы. Само собой, я этого не хочу.

Когда капитан увидел раскрасневшееся лицо племянницы и ее озорную улыбку, он понял, что к ней вернулись привычное самообладание и боевой настрой.

«Молодец, девочка, держится. Раскисать нам ни в коем случае нельзя, – подумал Генрих Херрингтон. – Судя по рассказам Бетти и письму Ричарда, нам предстоит та еще заварушка.

Ничего, прорвемся. Не из таких сложных ситуаций выпутывались. Пройдем и через это испытание. Главное – не расслабляться, не терять бдительности и не бояться. Страх рождается только бессилием духа. А дух у нас закаленный. И не будь я капитаном Генрихом Херрингтоном, если через месяц, самое позднее через два, в этой самой комнате не соберется вся наша семья».

О чем думала в эту секунду Элизабет, трудно было догадаться.