Кровь дракона

– Не перебивай меня! – обиделась та. – Я желала и всегда желаю тебе добра. Вот до чего доводит твое своеволие. Живешь непонятно где, в каком-то захолустье, общаешься с деревенскими олухами, сама себе делаешь маникюр, ни спортзала, ни фитнеса, ни нормальных магазинов…

– Мама, мне пора идти! – устав от поучений, оборвала ее на полуслове дочь. – И, между прочим, живу я в хорошем доме, у меня нормальная работа, не хуже и не лучше той, с которой меня выгнали, да и люди тут приветливые. Не напыщенные индюки, как в Лондоне.

– Ты не понимаешь! – закричала мать. – А светская жизнь? Ты же похоронила себя там!

– А ты не допускаешь, что мне может нравиться такая жизнь? – не выдержала Эслинн. – Что я могла устать от модных тусовок, на которые ты постоянно меня отправляла, дабы там я имела возможность подыскать себе мужа?

– Само собой, отправляла. Хотелось бы напомнить, моя дорогая, что тебе уже далеко не двадцать лет, и ты не первой свежести.

– Вот спасибо, милая мамочка, что ты так любезно напомнила мне о моем возрасте.

Все, я должна идти. У меня полно дел.

Молодая женщина с ненавистью швырнула телефонную трубку. «Как же мне надоели ее вечные упреки! Можно подумать, что я специально не выходу замуж. Из вредности. Да я бы с удовольствием, но за кого? С теми, с кем знакомила она, можно вступить в брак, только находясь в коматозном состоянии. С кем знакомилась сама… эх, да что говорить. Цирк отдыхает. Взять хотя бы подлеца Ричарда. Как умело он провел меня вокруг пальца.

Ладно, все, забыли».

Через три дня ей позвонили из службы доставки и сообщили, что на ее имя отправлен груз. Увидев шесть огромных коробок, получательница пришла в ужас. «М-да… мамочка постаралась», – промелькнуло у нее в голове, пока она наблюдала за выгрузкой.

И вот теперь эти коробки стояли посреди гостиной и мешали ей нормально передвигаться по комнате.

Дни шли за днями, неделя за неделей. Мисс Мур постепенно втянулась в размеренную сельскую жизнь, показавшуюся ей с первого взгляда слишком скучной и однообразной, а всепоглощающая тишина и вовсе пугала Эслинн.

Сейчас, напротив, молодая женщина осознала, что можно не придерживаться бешеного ритма большого города и не чувствовать себя при этом загнанной лошадью. У нее появилась возможность жить здесь и сейчас. Это открытие потрясло Линн и одновременно обрадовало. Старые обиды, горести и разочарования отошли на второй план, а на их место пришли бесконечная радость и блаженный покой.