Я не верю в магию

 – У каждого из нас есть заветное желание, которое непременно исполнится, если в эту ночь мы принесём нашему богу жертву.

Вокруг радостно заорали, выражая на этот раз своё согласие на запретный ритуал.

– Не надо меня в жертву! – прохрипела Варя, попыталась подняться и не смогла; оказалось, она лежит на той самой плите с птичками, но только теперь связанная по рукам и ногам.

– Надо! – рявкнул незнакомец, откидывая капюшон с головы. – Твоя никчемная жизнь послужит для благого дела – исполнения наших заветных желаний.

– Но я не бездомная! – Она изо всех сил старалась освободиться от пут. – И меня непременно будет искать моя семья. – А про себя подумала: «А ведь они правы! Никто меня не будет искать. Исчезну, никто и не заметит».

Ей быстро затолкали в рот какую-то тряпку, чтобы она не разговаривала и не смущала умы.

Вокруг плиты зажгли чёрные, красные и какие-то серо-буро-малиновые свечи. Парни и девушки встали в круг, взялись за руки и начали монотонно бубнить какое-то древнее заклинание.

«Что же вы творите, изверги? – вопила Варя мысленно, а у самой от ужаса глаза готовы были вылезти из орбит. Из-за нехватки воздуха она задыхалась, ей постоянно хотелось кашлять, жутко горела кожа на запястьях, и казалось, ещё чуть-чуть, и она потеряет сознание.

И вдруг городские часы начали отбивать полночь. Сатанисты возликовали. Пошатываясь, словно в трансе, они начали страстно выкрикивать непонятные слова, которые для Вари совершенно ничего не значили. Ей было страшно, тошно, и она чувствовала себя полной дурой.

Когда вокруг импровизированного жертвенного алтаря замерцали странные огоньки, Варя не придала этому значения, зато сатанисты враз умолкли и в благоговейном ужасе начали опускаться на колени. Со всех сторон неслось одно слово:

– Получилось!

Из склепа вырвались первые духи и закружились над головами непрошеных гостей. Но Варя этого не видела. Она была полностью поглощена освобождением от пут. Подул лёгкий ветер, который разогнал туман и на мгновение открыл звёздное небо.

Лунный свет опустился на плиту, заставляя девушку удивлённо поднять голову. У неё получилось освободить одну руку, она быстро стянула верёвку с другой и принялась развязывать ноги. Освободившись, вытащила тряпку изо рта, подхватила свой мешок, который стоял рядом с плитой, и поднялась во весь рост, отплёвываясь от ворсинок.

– Придурки, – в сердцах произнесла она, поворачиваясь лицом к склепу, как учила Ниира.