Попаданка, которая гуляет сама по себе

Хотелось непременно приветливо улыбнуться, сказать ласковое слово, проявить радость.

– Нет, не понимаю, – вместо этого произнесла Татьяна, всё равно глупо улыбаясь. – И не говори со мной так, будто ты меня знаешь.

– Но я знаю тебя, – голос обволакивал и ласкал.

– Нет, не знаешь. Я Татьяна Орловская, а никакая-то там Тания-перевёртыш. Мне семнадцать лет. И я не из этого мира. Понятно? – А про себя подумала: «Других попаданок хоть в приличные условия помещали. Тьфу ты. О чём я вообще?»

За дверью громко смеялись.

– Пожалуйста, – взмолилась Татьяна. – Верните меня обратно. Я хочу в свой мир и в свою прежнюю жизнь. Да. Она была у меня не сахар. Но она была – моя!

Стало очень тихо. Зелёный глаз снова смотрел на неё.

– Поверь мне, – голос снова поплыл по помещению. – Это и есть твой мир и твоя жизнь.

Окошко захлопнулось.

– Постой! – закричала Татьяна. – Вернись!

Но ответом ей была тишина.

– Это просто какое-то сумасшествие! – На самом деле ей было до ужаса страшно.

Маленькое окошко снова открылось.

– Успокоилась? – спросил мужчина – один из тех, что притащил её сюда.

– Да, – не моргнув глазом соврала Татьяна.

Дверь распахнулась. Мужчина прошёл внутрь и принялся развязывать удушающие рукава.

– Что на тебя нашло? – тихо поинтересовался он, стаскивая с неё рубашку.

– Дурной сон.

– Сочувствую. – Всмотрелся в её лицо и удовлетворённо кивнул: – Ну, беги, ещё успеешь на некоторые пары.

– Пары?.. – в ужасе переспросила Татьяна, оборачиваясь на выходе. – А, ну да. Академия же.

Она разглядывала длинный коридор, решая, в какую сторону пойти. Мужчина подтолкнул её, чтобы самому выйти из комнаты, и тогда она побрела направо. Татьяна плелась по коридору и тяжело вздыхала.

– Тания.

Она обернулась. За спиной стояла та самая орчанка.

– Ты идёшь не туда.

– Спасибо, что вернулась за мной, – от всей души поблагодарила Таня.

У девушки глаза стали огромными. Она открыла рот. Закрыла. Потом подозрительно прищурилась и выдала:

– А разве у меня был выбор?

«Так. Нужно срочно узнать, что я сделала ей, и почему при такой ненависти ко мне она всё равно продолжает помогать».

Орчанка развернулась и стремительным шагом направилась прочь.