Попаданка, которая гуляет сама по себе

Третья стрела, как заговорённая, отправилась к своим сёстрам. А потом произошло следующиее: орк развернулся и одну за другой положил разом три стрелы в её мишень.

– А что, это идея, – спокойно прокомментировала Таня действия разгневанного юноши. – Ты стреляешь в мою мишень, я стреляю в твою.

– Это тебе не шуточки! – зарычал орк. – Зачем ты пришла сюда? Чтобы посмеяться над нами? Так я тебе дам совет…

– Полегче! – Таня на всякий случай отступила и во что-то врезалась. За её спиной стоял Тенонель. Она растерялась, принялась оправдываться: – Ну, я правда не знаю, почему так получается.

Целюсь-то я в свою мишень, а стрела летит в его.

– Тебе для начала нужно с ним договориться. – Тенонель вытянул лук из рук девушки, взял стрелу и наложил на тетиву. – Он должен быть для тебя прежде всего другом, – сказал, и почти не глядя отправил стрелу точно в цель.

– Я так и знал, что она сделала это специально, – зловеще прошипел орк.

– Нет, Бартерлек, просто этот лук очень давно никто не брал в руки, – успокоил его эльф, а потом посмотрел на смущённую девушку: – Попробуй ещё раз.

 – Таня приготовилась, подняла лук и прицелилась. – Не спеши. – Тенонель тронул её локоть, поднимая выше, пальцами коснулся плеча, подошёл ещё ближе и тихо прошептал: – Ты стараешься попасть в центр, а нужно всего лишь представить нарисованную на мишени толстую полоску, проходящую ровно посередине, и стрелять вдоль неё.

– Нет, я стараюсь хотя бы попасть в неё, – слегка повернув голову в сторону преподавателя, но при этом продолжая держать на прицеле свою мишень, так же тихо зашептала Таня.

– Почувствуй его мощь. Доверься ему. – Тенонель наклонился и прошептал: – Служи ей верой и правдой, Линдуа алэ гваен, как когда-то служил своему хозяину. – И скомандовал: – Стреляй!

Стрела вошла в мишень Тани, но далеко от центра. С воплем «получилось!» Таня счастливо запрыгала на месте, она слышала, как довольно вздохнул за спиной преподаватель. Оглянулась и посмотрела на эльфа.

– Что вы ему сказали? Научите.

– Я просто напомнил ему, как его раньше звали. Но ты можешь дать ему своё имя.

– Нет. Не хочу другое имя. – Таня изумлённо взирала на лук, как на что-то живое, что имеет душу. – Пусть будет это.

– Поющий с ветром, – коротко бросил Тенонель, возвращая на лицо маску безразличия и холодно отдавая приказ: – Продолжай пристреливаться. – И подошёл к Бертерлеку: – Покажи, как обстоят дела у тебя.

«Странный он какой-то! – Таня взглядом проводила преподавателя.