Детективное агентство «Пегас»

Ты сомневалась во мне?

– Разумеется, нет.

Когда приехал Варковский, Маша выдала всю информацию о Табове и его машине. Зная, что ей запрещено лезть в это дело, поспешила оправдать свой поступок:

– Николай Петрович, я только тихонько проследила за машиной, я же ничего такого не сделала.

– Слава богу, что не сделала, – Варковский повысил голос. – Ты что, не понимаешь, что это очень серьезно и опасно! Три трупа, тебе мало?

– Я понимаю, что серьезно, но я же только издалека, – видя настроение шефа, решилась на обман Маша.

– Это хорошо, что не заметил, но чтобы самодеятельность была в последний раз. Я ясно излагаюсь?

– Ясно, – она виновато опустила голову и протянула распечатку с данными.

Варковский просмотрел информацию и неожиданно заулыбался:

– Сомова, ну что мне с тобой делать, а? Может, на время приковать наручниками к этой батарее? – он указал на батарею под окном, – или запереть дома?

– Лучше дома, а то здесь скучно будет, когда все разойдетесь, – поддержала Маша шутку и, зная отходчивость шефа, добавила:

– Николай Петрович, я же как лучше хотела.

– Знаю. Хотела, как лучше, а получилось, как всегда, – съязвил он. – Ладно, позвоню Лескову, передам «плоды» твоего труда, он будет доволен.

* * *

Проверка Табова на факт причастности к убийствам ничего не дала. Он оказался чист и имел алиби на время последнего убийства. Проверить алиби по двум первым не получилось, да и не имело смысла, так как прошло уже достаточно времени и обычно человек просто не в состоянии вспомнить по минутам свои действия пятинедельной давности.

– Не может быть столько совпадений! – она возмещено смотрела на Варковского. – Машина – раз, их почти узнала Таня – два, и вообще, у Табова на лице написано, что он с законом не дружит.

– Ты еще гараж вспомни.

– Да, кстати, узнали, где он держит машину?

– Естественно.

– И где же? – она выжидающе уставилась на шефа.

– Ты не поверишь.

– Только не говорите, что в том самом последнем ряду, недалеко от моего дома.

– Именно, в том самом ряду.

– Вот! Неужели не понятно, что это он? Он – убийца.

– Теоретически все вырисовывается отлично, но вот практически, на него ничего нет. Нет улик, нет доказательств, полно свидетелей, подтвердивших его алиби.

– И что делать?

– Ничего! Я тебе уже говорил, чтобы ты выбросила все из головы.