Огневик и снежнокрылая

Снег делал картину еще фантастичней для огневика. Что за искусные плотники и резчики по дереву создали это многоярусное сооружение с высокими, украшенными наличниками окнами, с ажурными башенками, с балкончиками и тонкими колонами… Прелестный хаос, никакой системы, и в то же время – дивная гармония.

Шелиара уже манила к себе светлая дверь в арочном проеме, как вдруг он услышал звонкий возглас:

– Эй ты, берегись!

С неба на него падала огромная птица. Нет, не птица, это была девушка. Длинные черные волосы, серые крылья… это все, что успел он рассмотреть в закатном свете перед тем, как блеснул длинный тонкий клинок.

– Немедленно говори, чужак, кто ты и что здесь делаешь!

Опять…

Он сам не понял, как это случилось – долго сдерживаемое пламя вырвалось наружу. Настоящее гневное пламя. Девушка попыталась увернуться от огненного шара. Удалось бы ей – неизвестно, но за долю секунды Шелиар успел ужаснуться и невероятным усилием воли изменить траекторию стихийного заклинания.

– Хватит! – закричал теллин. – Я прошу прощения. Огонь вырвался у меня непроизвольно, я не хочу сражаться с тобой.

– Непроизвольно? Отчего же?

– Потому что я устал от того, что все называют меня «чужак» и смотрят как на чудище. И ты тоже. Разве я хоть чем-то заслужил такое?

Острие шпаги застыло у его горла.

– Почему я должна тебе верить? – теперь он хорошо видел, что освещенное янтарным закатом белое лицо с тонкими благородными чертами – воистину прекрасно. Крылатая смотрела на юношу снизу вверх, поскольку была значительно ниже ростом. Ее большие темные глаза ярко, вызывающе блестели в вечернем сумраке.

– А почему бы тебе и не поверить мне? – Шелиар взял в себя в руки и говорил теперь очень спокойно. – Я ничем поначалу не выказал враждебность, это сделала именно ты.

– Ты красиво говоришь… чужак, – девушка опустила шпагу. Огневик поймал себя на том, что откровенно любуется ею. Несмотря на крылья, вряд ли она была чистокровной альверил. Безупречный овал удлиненного лица выдавал эльфийское происхождение. Блестящие черные волосы, заколотые шпильками на висках, падали на спину густыми волнами.