Заточённый ангел

 – Нет уж. Это и мой дом, я и без требования отца буду приходить в него, когда захочу. А ты думаешь, если я уйду навсегда, на вас с Бланш тут же обрушится моя часть наследства? А ничего, что если так и случится, Зири тут же возьмется за вас? А она и так возьмется… Все сделает, чтобы стать со временем абсолютной королевой. И поделом бы вам! Придурок… и сучка.

– Опять! – взорвался Морис. – Уроки тебе впрок не идут, да? Тогда я повторю.

Он замахнулся, нацелившись в лицо своего давнего недруга. И вдруг отпрянул, встретившись с ним взглядом.

Что-то странное совершалось опять, Анри это чувствовал. Лицо Дюрана исказила гримаса боли, хотя его никто и пальцем не тронул. А потом здоровяк-блондин раскрыл рот от изумления, глядя куда-то за спину Анри. Тот тоже невольно обернулся. Большущие глаза Греты, неотрывно смотрящие на Дюрана, сияли необыкновенным зеленым светом.

Анри зажмурился… медленно разомкнул веки. Ничего не изменилось.

Морис тяжело дышал. Наконец он дернулся, словно сбрасывая с себя что-то нестерпимо давящее.

– Ненормальные, – прошипел, приходя в себя. Потом огляделся – вышедшие из ворот студенты уже вовсю пялились на них. – Сам придурок, и девку себе такую же чокнутую нашел! Ладно, позже еще поговорим, не отвертишься…

И Морис Дюран поспешил прочь – скандал на всю школу не входил в его планы.

Анри, облегченно выдохнув, почувствовал, что дрожит – не от страха, от нервов.

– Да это же просто… – и хотя вполголоса, но произнес нечто, что в приличном обществе не говорят.

– Вот именно, – согласилась Грета.

Анри развернулся к девушке и слегка сжал ее плечо.

– Грета, спасибо! Но я не понимаю. Что произошло? Ты, похоже, как-то воздействовала на него. Это что, гипноз? И твои глаза… Странно… мне отец Жак, мой духовник, тоже говорил что-то о моем изменившемся взгляде.

– Не знаю, что сказать… – Грета чуть склонила голову набок. Прикрыла веки, но из-под ресниц все еще сверкала нереальная изумрудная зелень. – Может быть, я волшебница? И не совсем человек.

Анри стиснул ее плечо сильнее.

– Прости, но мне сейчас не до шуток. Если знаешь, что происходит – скажи. Если же нет, то не надо дразнить меня, пожалуйста.

Девушка решительно, хотя и без тени недовольства, сняла его руку со своего плеча.

– Я знаю, что происходит, Анри. Догадываюсь. Твой парфюм имеет странную нотку, которую никто не ощутит, кроме таких, как я.

– Подожди… – юноша даже растерялся. – Мой парфюм?

– Мята и тимьян.