Козырь. Создатель миров

Она не справится одна со всеми этими…

– У нее свой путь, – отрезал Фос непривычно грубо, но тут же смягчился: – Если она зашла с другого входа, нам ее не найти. Сады для каждого свои. Но кончаются одной точкой, куда мы и движемся.

Голос его звучал уверенно, даже слишком. И Юкон, не разбирая дороги, поплелся вперед, чтобы вскоре кто-то поймал его за локоть.

– Эй, братец, ты как? – громыхнул над головой Тулар. – Папаша твой-то, оказывается, не такой дохляк, как я думал. Видал, как живо расправился с тварюгами этими? Слышишь, а?

– Он мне не отец, – Юкон решил, что после случившегося врать уже бессмысленно.

– Да? Не, ну я так и подумал – не больно-то вы похожи.

– Сюда, – Фос тем временем уверенно вел их за собой, указывая дорогу в ставшем почти кромешным мраке. – Смотрите под ноги.

Не успел последний слог упасть в густую тишину, как, словно на зов, упругая земля пришла в движение. Юкон взглянул на нее и увидел, как багровые жилы вздулись сильнее и, казалось, вот-вот порвутся от давления.

Что-то хрустнуло, и Фос застыл. В темноте, позади них, сверкнула пара горящих алых глаз. Они медленно приближались, и вместе с ними приближалось смрадное гулкое дыхание.

– Уходите оба, – велел Фос. – Держитесь правой стены. Я его задержу…

– Ага, – кивнул Тулар, но приказу следовать не спешил. С другого конца коридора на них уже мчался влажный хрип вперемешку с рыком бегущего чудовища.

Кузнец неожиданно быстрым и точным движением перехватил топор поудобнее и с такой силой швырнул во тьму, что раздался треск.

– Ну, можно и так, – признал Фос, когда Тулар подошел к поверженному зверю и выломал из его черепа свой топор.

– Не зря отец меня предупреждал – лучше океан вплавь, чем в сады Соро, – с необычайным глубокомыслием изрек кузнец.

– Нельзя останавливаться, – оборвал их Фос и подтолкнул мальчика в спину. – Они чуют след. Идем. Я знаю, где выход.

Юкон слышал шорохи со всех сторон и боковым зрением замечал: из сплетенья ветвей на него взирали блестящие глаза тех мертвецов, которые отчего-то боялись показаться.

Лабиринт петлял беспрестанно. Юкон чувствовал, как печет в груди от жары и как в горле скапливается горечь витающего повсюду пепла. То и дело одинокие руки норовили схватить его за штанину или края рубахи, но он только ускорял шаг.