Три женских страха

Я прошлась по гулко-пустым коридорам, рассматривая здание, в котором мне предстояло провести десять лет. Ничего мне особо не понравилось, кроме большого «зеленого уголка» на втором этаже, сплошь заставленного цветами, – тетя Сара была любительницей всякого рода комнатной зелени и мне прививала это же чувство. Поэтому там, где были цветы, мне тут же становилось уютно. Именно этот цветочный рай примирил меня со школой в целом.

Я дождалась окончания урока в углу около раздевалки, именно там меня и нашел Семен.

– Ну, как первый день? – он взял мой портфель и протянул руку, за которую я тут же и уцепилась.

– Не буду я сюда ходить, – сообщила я брату, выходя из школы.

Сема рассмеялся:

– Ну, Санька, это у нас семейное. Я в первый день вообще из класса вышел на пятой минуте.

– Я тоже, – со вздохом призналась я, и брат захохотал еще громче:

– Ну, говорю же – наследственность. Славка тоже первого сентября учительницу дурой назвал. Правда, отец с него потом шкуру спустил.

– Сема, а ты помнишь папу? – спросила я, и он чуть помрачнел:

– А ты совсем нет?

– Совсем.

Брат потрепал меня по волосам, сбив набок белый бант, и сказал:

– Ничего, Санька, через два месяца его освободят.

– Освободят? – вцепилась я в незнакомое слово и увидела, что лицо брата скривилось, как при зубной боли. – Как это?

– Вот я трепло, – вздохнул Семка. – Ладно, Сашура, ты не маленькая уже. Постой-ка, – он полез в карман и пересчитал мелочь и бумажные деньги.

Я согласно закивала – разумеется, ничего говорить тете Саре я не собиралась. Мы с Семеном вообще очень дружили, хотя я и была моложе его вполовину. Он меня любил, играл со мной, именно к нему я бежала, разбив колено или ободрав локоть. Не к маме – к брату. Мама всегда казалась мне холодной статуей – очень красивая, но какая-то далекая, чужая, неласковая.

Мы пришли в кафе «Красная шапочка», сели за столик, и брат заказал мороженое, лимонад и мой любимый грушевый компот в красивой вазочке. Настроение мое мгновенно улучшилось, я заработала ложечкой, вылавливая пахнущие корицей кусочки фруктов из тягучего сладкого сиропа. Семка сделал глоток и спросил:

– Саша, а ты правда отца совсем не помнишь? Вроде времени не так много прошло.