Тайны взрослых девочек

А уж то, что на заказ делалось, вообще уникальное – никто бы не рискнул купить, мне кажется.

«Надо все-таки еще раз сверить опись», – подумала Лена.

– Не складывается у меня, – пожаловалась она, натягивая на ноги край пледа. – По всему выходит, что Жанна выстрелила в себя сама. Но в голове ее отца – пуля, выпущенная из того же пистолета. Получается, что она его убила, а потом сама застрелилась? Вроде бы логично, если исходить из результатов экспертизы. Но если судить по тому, что рассказывают об этой семье все, кто с ними сталкивался, выходит бред какой-то.

– Думаешь, кто-то их застрелил, а потом обставил все так, словно это Жанна?

Лена вцепилась в волосы и замотала головой:

– Если не принимать во внимание версию о самоубийстве, то да. Но кто? Зачем? За что? Должен же быть мотив, и мотив серьезный. Убийца, если он был, проник в закрытый поселок, куда без пропуска и документов даже работники прокуратуры попасть не могут.

– Хочешь, я поинтересуюсь, не мог ли отец Жанны насолить кому-то крупно? – предложила вдруг Юлька, и Лена от неожиданности открыла рот:

– У кого?

– Наш главный режиссер, между прочим, его одноклассник. Собственно, Жанна потому нам помощь и предложила, что знала об этом. И общаться они не переставали, насколько я знаю.

– Юлька! И ты так буднично об этом говоришь? – возмутилась Лена. – Видишь же, что я места себе не нахожу!

Юля пожала плечами:

– Ты бы сразу спросила, я б не отказалась. Но ты ведь любишь сперва трагедию из всего устроить, нагнать эмоций. Я тебе не мешаю, не первый день знакомы.

Лена бросила в подругу небольшую подушку, Юлька ловко наклонилась, пропуская снаряд над головой.

– Ты как маленькая, честное слово. Давай еще драку тут устроим – раз уж родителей дома нет!

Лена немного угомонилась, обхватила себя руками и вдруг спросила:

– Юль, а ты тоже считаешь, что мне пора от родителей съезжать?

Удивленно взлетели идеальные брови.

– Если это не мешает тебе, при чем здесь мое мнение? Я люблю ваш дом, люблю сюда приходить. Твои родители мне как родные стали за эти годы. И если ты не хочешь с ними разъезжаться, мое мнение мало что изменит, правда? Или?.. – осторожно спросила она.