Не верь, не бойся, отпусти!

 – Слежку ищешь?

– Что за глупости? Кому надо следить за мной?

– Что – совсем нет конкурентов? Никому дорогу не перебегала? – Этот вопрос был задан в шутливой манере и с легкой улыбкой, но мне не понравился – я, разумеется, оглядывалась невольно как раз по причине мерещившейся в последнее время слежки.

– Прекрати. – Поморщившись, я пошла к подъезду, испытывая желание как можно скорее оказаться за стеной, в помещении – там, где меня никто не увидит.

Едва за нами захлопнулась входная дверь квартиры, как Кирилл словно сбросил маску, сильно мешавшую ему дышать.

Он швырнул на пол кейс, рывком снял плащ и потянул меня к себе. В его глазах я увидела что-то странное, чужое и на секунду испугалась, но потом поняла – это элемент игры, он просто так заводит себя, ему нравится быть сильнее, главнее, и расслабилась.

Избавив от всей одежды здесь же, в коридоре, Кирилл легко подхватил меня на руки и понес в спальню. Холод покрывала неприятно обжег кожу, я вздрогнула и съежилась, но Мельников, начавший раздеваться, тут же повернулся:

– Ляг, как лежала.

Пришлось снова вытянуться, хотя все тело покрылось противными мурашками, и закрыть глаза. Я не стеснялась себя – для своих лет выглядела спортивно и подтянуто, спасибо хорошей генетике и нечастым походам в тренажерный зал. Я знала, что Кирилл, раздеваясь, смотрит на меня, изучает каждый сантиметр, каждый изгиб – он всегда так делал, еще с юности. Не знаю, почему ему так нравился вид моего распростертого тела – как символ победы, что ли? Наконец он лег рядом и неожиданно нежно поцеловал меня в губы, я даже вздрогнула и открыла глаза:

– Ты что?

– Молчи, – пробормотал он, наваливаясь сверху и беря лицо в ладони, – молчи, я не хочу слышать твой голос.

 – И я вспомнила, что он уже произносил эту фразу однажды – там, в гостинице.

Сегодня все было как-то иначе, не так, как я привыкла, и Мельников выглядел виноватым каким-то, осторожным и на удивление нежным, что было ему совершенно несвойственно. «Только бы не задал опять этого идиотского вопроса про «было ли хорошо», иначе я просто взвою», – подумала я, уплывая куда-то под напором захватившего меня чувства.

И он не спросил, как будто услышал. Да и к чему бы ему спрашивать? Я сильно сомневаюсь, что хоть какая-то из его женщин могла ответить на этот вопрос отрицательно.

– Ты останешься? – вдруг спросил Кирилл, ложась рядом со мной и набрасывая на нас покрывало.

– Ты этого хочешь?

– Да.

– Значит, я останусь.