Я не умею прощать

– Ну, я знаю об этом. Ты сидишь в углу, закинув на батарею ноги, и обхватываешь губами свой мундштук… а вокруг тебя клубятся облачка ментолового дыма… перед тобой чашка кофе, пепельница и иногда – ноутбук. – Я слушала его голос и чувствовала себя королевской коброй, которая уже парализована звуками дудки факира – еще минута, и меня можно брать голой рукой и совать в мешок. – Но что с того? Разве это повод убить тебя, Мэри?

– Это способ.

Он наконец потерял самообладание и рыкнул:

– Прекрати свои шарады! Какой способ, способ – чего?

– Не кричи, пожалуйста.

Способ убить меня, организовав утечку газа! Достаточно щелчка зажигалки – и все! – Я сорвалась на громкий шепот, потому что орать в голос в квартире, где все спят, не могла.

Молчание Алекса было долгим и каким-то тревожным. Вряд ли он искал оправдания – такие, как он, не оправдываются.

– Где ты сейчас? – наконец проговорил он.

– Какая разница? Ты не ответил на мой вопрос – так почему я должна отвечать на твой?

– Я не собирался убивать тебя.

Такой ответ тебя устроит?

Ответ меня устроил.

В глубине души я была уверена, что это не он, но уж слишком все сходилось в точке, именуемой «Алекс». Мне было противно думать о нем вот так – со страхом, злобой и обидой. Как ни крути, а я любила его раньше, это сейчас могла уже почти честно сказать, что все закончилось. Господи, как же я любила его тогда – его руки, его голос, его взгляд. Как я слушала его игру на пианино – он всегда играл Шопена, когда замечал мое присутствие.

Как я курила на окне, захлебываясь дымом и слезами, когда поняла, что он никогда не перестанет любить Марго. Да мало ли…

И теперь, когда он сказал короткую фразу «я не собирался убивать тебя», поверила ему безоговорочно и сразу. Он не лгал мне…

– Спасибо.

На том конце засмеялись. Я забыла, как он смеется, надо же…

– Мэри, ты позвонила первой. Помнишь, я сказал, когда это случится, я приеду и помогу тебе?

– Прости. Мне ничего от тебя не нужно, – поспешно отказалась я и отключила телефон.

Его приезда я боялась не столько из-за себя, сколько из-за Марго – та явно не будет рада видеть Призрака.

Все деньги, что я успела отложить на карточку, пришлось пустить на ремонт – кухню мою взрывом разметало в щепки, коридор и дверь в ванную тоже пострадали. Две недели я жила у Марго, испытывая нешуточные угрызения совести. Мне было неудобно перед Джефом. Казалось, я снова ввалилась в их жизнь, как татаро-монгольское иго, и они вынуждены терпеть меня.