Черная вдова. Исход великой любви

 – Не тебе судить об этом!

– Прости… – Он подошел вплотную и опустился на колени перед креслом, уронив голову на ее сложенные руки. – Прости, не соображаю совсем…

– Встань! – тихо приказала она, но он только помотал гладко выбритой головой и вдруг обхватил ее ноги.

– Не могу, прости, Коваль, не могу больше! Прости… – бормотал он, забираясь руками под водолазку. – Все, хоть убей потом – не могу!

– Я сказала – вон пошел!!! – заорала разозлившаяся не на шутку Марина, отпихивая его сапогом так, что он опрокинулся на спину.

Вскочив из кресла, она вылетела на крыльцо, где трепался о чем-то с розановскими пацанами Макс, толкнула его в плечо и рявкнула:

– Язык подбери – наступишь! Марш за руль!

Дома, страдая от бессонницы, набрала Виоле. Она долго не брала трубку, потом раздался ее сонный голос:

– Слушаю…

– Ветка, это Коваль.

– Ты сдурела – шестой час всего, – застонала ведьма.

– Егор нашелся.

– Что?! – Сон у той враз прошел.

– Я говорила с ним по телефону.

– Я приеду через час! – крикнула Ветка, бросая трубку.

За «час» Коваль успела основательно вздремнуть и принять душ, на который ночью сил не осталось. Вета, опять вся в белом, влетев в комнату, порывисто обняла Марину:

– Господи, как я за тебя рада!

– Ветка, ты мне нужна. Сегодня я встречаюсь с человеком, который знает, где мой муж. Взять с собой своих людей я не могу, их знают, скорее всего, поэтому я хотела попросить тебя незаметно проводить потом этого деятеля и посмотреть, куда он направится.

– Да легко! – согласилась она.

– Спасибо тебе.

Коваль долго и тщательно одевалась, красилась и укладывала волосы. Она делала это все скорее для себя, чтобы чувствовать себя увереннее. Максу и Лехе Марина велела остаться дома. Учитывая, что за руль она села сама, те не очень возражали…

Машина охраны все же двинулась за «Хаммером», но на приличном расстоянии, Виола на своем «Фольксвагене» ехала следом.

Ровно в два часа она вышла из припаркованной у сквера машины и пошла по дорожке, стараясь не шарить глазами по сторонам. Спустя несколько минут за ее спиной раздался голос:

– Марина Викторовна?

– Да, – она обернулась.