Анатомия любви

«В кого она такая? Неужели не понимает, что я волнуюсь? – думала Инна, грызя костяшку указательного пальца. – Неужели это так сложно – снять трубку и сказать, что с тобой все в порядке?»

Она не слышала, как Даня проводил друга, как прошелся по квартире, выключая везде свет и проверяя, не нужно ли что-то убрать, – так всегда делал его отец, педантичный до психоза.

Подобное поведение сына иногда пугало Инну, ей казалось, что у Дани есть все задатки для того, чтобы вырасти копией своего отца, а это было как раз то, чего ей хотелось в последнюю очередь.

Сын на цыпочках вошел в спальню и залез к ней под одеяло, прижался и обнял за шею:

– Ты не спишь?

– Еще рано.

– Ты устала, тебе нужно отдыхать, завтра ведь опять на работу, – совсем по-взрослому вздохнул мальчик, и Инна почувствовала, как у нее щиплет в носу.

– Как дела в лагере?

– Хорошо. Там очень весело, мы в поход собираемся на следующей неделе.

– В поход? – насторожилась Инна.

– Я забыл тебе рассказать, – беспечно отозвался мальчик. – Мы собираемся в поход, будем ночевать в лесу и сами ставить палатки и костер разводить.

Инну почему-то охватило беспокойство. Она вдруг представила, как ее хрупкий мальчик остается в лесу один, как он потерялся, упал с обрыва, обжегся у костра – да мало ли, что может произойти с ребенком во время такого мероприятия, если рядом не будет матери. Кроме того, он должен делать себе инъекции…

– Я не уверена, что могу тебя отпустить.

– Ну мама! – сын сел и уставился ей в лицо. – Как это – не можешь? Все пойдут, а я как же? Мы ведь готовимся, у каждого свое задание! Если я не пойду – кто будет выполнять мои обязанности?

– Даня, я не могу тебя отпустить, ты должен меня понять. Ты еще маленький, ты серьезно болен… – Но мальчик вдруг вскочил и побежал к двери.

– Ты… ты… злая! Я тогда из дома убегу, как Алька! – и он скрылся в своей комнате, громко захлопнув дверь и повернув ключ в замке.

Инна уткнулась лицом в подушку и застонала. Она понимала, почему так происходит – всему виной это сообщение с фотографией, и если бы не это, она даже не подумала бы разговаривать с Даней в таком тоне или что-то ему запрещать. Но слова на листке были такими ужасными, что Инна невольно начала рисовать себе картины одна страшнее другой, в том числе и с участием Алины, и решила перестраховаться.