Анатомия любви

– Моя подруга сильно руку порезала.

– В туалете?

– А вы стесняетесь? – девчонка определенно была слишком дерзкой для своего возраста, но сейчас Семену не хотелось делать ей замечаний.

– Да мне-то что стесняться? А вот посетительницы будут недовольны.

– Их проблемы, – отрезала девчонка, берясь за ручку туалета.

Картина, открывшаяся Семену за дверью, никак не иллюстрировала фразу «порезала руку», скорее – «неудачно вспорола вену». На кафельном полу прямо под раковинами в луже крови сидела девица с черными волосами, зажимая правой рукой запястье левой, из которой вся эта кровь и налилась.

Девица, видимо, уже начала терять сознание, потому что именно в тот момент, когда Семен опустился на корточки рядом с ней, она повалилась на пол и закатила глаза. Освобожденная от давления рана на руке вновь закровила, и Семен, изо всех сил сжав руку девушки выше пореза, приказал приведшей его дерзкой девахе:

– Жгут из аптечки, быстро!

Та трясущимися руками вынула резиновый жгут и протянула Семену, а он туго затянул его на руке пострадавшей.

– Бинт, – не глядя, Семен протянул руку, совсем как в операционной, и взял упаковку с бинтом. – Что она пыталась сделать? С собой покончить?

– Она… нечаянно…

– Ты дура, что ли?! – возмутился Семен, оглядываясь. – Ты что мне тут паришь, сказал же – я хирург, уж, наверное, отличаю простой порез от попытки вскрыть вену!

– Ну да, да! – зашипела девчонка, оглядываясь на дверь туалета, в ручку которой, оказывается, успела всунуть какую-то палку.

 – Парень ее бросил, прямо сюда приперся с новой телкой, вот Светка и не выдержала.

– Вы реально больные, – вздохнул Семен, заканчивая накладывать тугую повязку на рану. – Скорую вызывай, ее зашивать нужно.

– Ты же сказал, что хирург.

– Но зашивать такую рану в здешних условиях не стану.

– А что так?

– А лицензию жалко. Звони, говорю, а то действительно ласты склеит твоя подруга, – припугнул он, заметив, что девчонка медлит.

Она вынула мобильник, набрала цифры, долго что-то мямлила в трубку, и Семен не выдержал, отобрал телефон и коротко изложил суть проблемы диспетчеру.

– И пусть бригада поторопится, тут большая кровопотеря, пострадавшая без сознания, пульс нитевидный. Да, я врач. Кайзельгауз моя фамилия. Нет, сын. Да, жду, спасибо. Тебя как зовут-то? – спросил он, возвращая девчонке телефон, но та не ответила – закрыв лицо руками, вдруг расплакалась, как маленькая, всхлипывая и постанывая от страха.