Дух Фиилмарнен и его дети

Во – первых, он должен был удостовериться, что погоня им больше не угрожает, а, во – вторых, нужно было обдумать, как им теперь быть. Когда серенький рассвет забрезжил над поляной, мальчик стал обследовать окрестности. Поляна была небольшая, через ее середину протекал ручей с болотистыми берегами. Примерно в центре рос большой дуб, под корнями которого они устроились. Пытаясь определить, насколько они далеки от реки, мальчик полез на дерево и обнаружил большое дупло. И он, и Хаскнет легко поместились бы в нем, если бы свернулись калачиком.

Дно дупла было в гнилых щепках и сырых прошлогодних листьях.

«Ну вот, теперь у нас есть дом, – подумал мальчик. – Я вычищу его и выложу мхом. Здесь нас никто не достанет и можно будет укрыться от дождя.»

Обследовав дупло, он полез дальше. Зависнув на самой высокой ветке, раскачиваемой ветром, он огляделся, но увидел кругом только море темных крон, да бледную полоску солнца на востоке. Реки не было видно, но и ничего другого, кроме деревьев, тоже не было видно.

Дети были совсем одни в огромном лесу. Когда мальчик спустился, Хаскнет уже проснулась.

– А где мама? – спросила она.

– Мама велела нам играть здесь, – ответил мальчик.

– А – а, – протянула Хаскнет. – Я хочу есть.

– Есть? – растерялся Снорки, но тут же просветлел: – Дай – ка мне свой нож.

Дело в том, что у Хаскнет, как у всех детей – лисингонов, первыми игрушками были маленькие, но настоящие нож и кремень для добывания огня.

– Мама сказала, чтобы ты дала мне нож, – дрогнувшим от волнения голосом сказал Снорки.

Раньше хозяева ему, как и другим рабам, запрещали дотрагиваться до оружия, и теперь он предвкушал удовольствие прикосновения к его ладони прохладной ручки ножа.

Хаскнет, услышав такое заявление, отошла на несколько шагов, сощурила глаза и, покачав медноволосой головой, сказала:

– Ты лжешь. Ты – лукавый раб. Тебя нужно выдрать.

Уязвленный в лучших чувствах, Снорки подскочил:

– Ну не веришь и не надо. Сиди голодная.

Я не могу идти в лес с пустыми руками. Вот нападет на меня зверь, что я делать буду, душить его что ли?

– Ладно, бери нож, – милостиво согласилась Хаскнет, подумав, – только быстрее принеси поесть.

– Хорошо, я пойду в лес, а ты будь здесь и никуда не уходи. Если тебя кто – нибудь напугает, сразу кричи, и я приду. Поняла?

– Ладно, иди.

Спутав ноги коню, чтобы и он не ушел, юный охотник углубился в лес. Он чувствовал себя с ножом очень взрослым.