В плену королевских пристрастий

Послышались шаги. Потом через какое-то время вновь зазвучал голос короля:

– Вот, нашел, смотри… Вот это, это и это нашли в ее доме.

– Действительно нашли все это?

– Я клянусь тебе. Ты же знаешь, я никогда тебе не лгал…

– Странно… я не чувствовала направленной на Вас черной магии… хотя… ну конечно, судя по тому, что Вы мне показали… магия любви и приворота… Интересно, она на Вас не подействовала и после этого в ход пошел яд или сначала в любом случае должен был быть яд, а к привороту лишь шли приготовления?

– Что тут интересного, Алина? Мне вот абсолютно без разницы, что сначала, что в конце… Я просто рад, что с твоей помощью удалось эту тварь обнаружить и воздать ей по заслугам.

– Ну что ж, это утешает, что были явные основания для такого приговора… Хотя мысль о такой кончине кого бы то ни было меня ужасает.

– Как истинная христианка, ты должна знать, что это удел всех, кого уличили в колдовстве.

– Не надо, мой государь… давайте оставим эту тему… мне очень тяжело об этом думать.

– И не надо. Вот яблочко возьми, скушай, тебе полезно.

– Не хочу ничего… сейчас мне плохо даже от мыслей о еде.

– Яблоко, это не еда… Не упрямься, хоть укуси разочек… Ты стала такая капризная… ужасно.

– Я вообще стала ужасная… Еле хожу, отвратительно выгляжу… кошмар.

– Выглядишь ты великолепно, не придумывай. Беременность тебе необычайно к лицу. Мне так даже очень нравится. Хотя ты мне нравишься и небеременная… Ты мне в любом состоянии нравишься.

– Считаете, он недостаточно ценит то, что я рядом с ним?

– Абсолютно не ценит… Я сожалею, что заставил тебя вступить с ним в брак. Не могу его видеть рядом с тобой… он недостоин тебя… Если бы не твоя беременность, я бы настоял на вашем разводе и сумел бы добиться одобрения церкви… Все портит твой будущий ребенок, если он родится, ваш брак будет считаться нерушимым… Кстати, когда герцог мне сказал о твоей беременности, я чуть не убил его… но вовремя сообразил, что к чему… и что смерть уже второго твоего супруга, причем мной же выбранного и вновь от моей руки, ты мне точно не простишь…

– Ребенок не может ничего портить.