В плену королевских пристрастий

Однако, как только она уходила, чтобы, воспользовавшись каким-нибудь предлогом, самой пообщаться с гостями, девочки, не смотря на задания и запреты, вновь приникали к окнам, развлекаясь тем, что обсуждали наряды незнакомых им людей.

Как-то во вторник, когда в замке гостей не ждал никто, леди Гиз уехала в столицу. Ей надо было сделать покупки, выбрать новые наряды девочкам, и переговорить с очередной кандидаткой на роль их учительницы.

Однако не прошло и часа, как она уехала, и во двор въехала кавалькада придворных во главе с королем и герцогом в костюмах для охоты.

Сестры Тревор, сидевшие в игровой зале на втором этаже тут же приникли к окнам.

– Охотиться приехали… сейчас наверняка Алину дождутся и в лес поскачут… – Луиза, чтобы лучше видеть забралась на стул, который придвинула к окну, и заворожено наблюдала за приехавшими.

– Луиза, точно… смотри, белого жеребца для Алины повели… Жаль отсюда не видно, как она садиться будет, – Мария потянула за руку младшую сестру.

– Интересно, какое на ней в этот раз платье будет, голубое или сиреневое? Мне больше голубое нравится, оно так переливается красиво.

– И совсем она некрасиво скачет, – пожала плечами Кэти.

Ее раздражала восторженное отношение сестер к супруге отца. Ей не нравилось в ней ничего.

– Вон та, светловолосая леди, что рядом с королем, намного лучше в седле держится, – добавила она.

– Не лучше! Ничуточки не лучше! Алина лучше всех скачет.

– Конечно, конечно… Алина самая лучшая, ты ее теперь больше всех любишь, даже больше отца да и меня тоже… – Кэти с усмешкой посмотрела на младшую сестру.

– Нет не больше! Я вас всех люблю. А она между прочим ничего плохого тебе не сделала… За что ты ее терпеть не можешь?

– Она отняла у нас отца, из-за нее он теперь не любит нас! – Кэти сама не знала, отчего вдруг у нее вырвалась эта фраза, что уже долгое время сидела занозой в сердце.

– Неправда! – Луиза гневно обернулась к ней. – Отец любит нас! Любит! Он просто очень занят, но он любит нас! Это тебя он не хочет видеть, потому что ты грубишь.

– Ты глупая еще и ничего не понимаешь… – в Кэти как будто что-то прорвалось, и она начала выговаривать сестре то, что мучило ее саму все это долгое время. – Мы не нужны ему… он запер нас здесь, чтоб мы не мешались.