Сердце ведьмы

Дальнейшая трапеза прошла в молчании, а вот в конце Эрбил встал и сам подошёл к ней:

– Насытилась, моя хорошая?

– Да, благодарю, – она с улыбкой поднялась, и он тут же притянул её к себе и губами впился в губы.

Она испуганно сжалась, но не попыталась отстраниться или оттолкнуть. А когда он её отпустил, с волнением в голосе тихо осведомилась:

– Вы точно знаете, при каких условиях соединяются поля людей?

– Да, – безапелляционно выдохнул он, – поэтому расслабься и доверься.

– Это несказанно радует меня, Ваше Святейшество, – лучезарная улыбка тронула её губы.

– Ах, чаровница, – он ласково потрепал её по волосам. – Ладно, идём, в библиотеку тебя обратно отведу и пойду, мне поработать надо.

– Как скажете, Ваше Святейшество, – не переставая улыбаться, присела в реверансе она. – А мне можно будет там книги какие-нибудь посмотреть?

– Не только можно, но нужно. Единственное требование: откуда книгу взяла, туда и положить должна.

– Всё исполню, не извольте беспокоиться, Ваше Святейшество.

– Я не беспокоюсь, беспокоиться тебе будет надо, если порядок книг нарушишь, поскольку придётся тебе зубрить жития святых на латыни, так и знай.

– Я приложу максимум усилий, чтобы Вам не пришлось так строго меня наказывать, – с притворным ужасом выдохнула она, а потом, не сдержавшись, рассмеялась, и её смех серебряными колокольчиками разлетелся по трапезной.

Эрбил с притворной строгостью нахмурился:

– Тебе кажется смешным это наказание? Мне другое придумать надо?

– Нет-нет, что вы, Ваше Святейшество… – пытаясь перестать смеяться, она прикрыла рот руками, а потом, с явным трудом придав лицу серьёзное выражение, продолжила: – Я просто представила, как жития Вам пересказываю на латыни.

После чего распевным голосом произнесла длинную каноническую фразу на латыни о том, что жития святых являются примером истинного служения Богу и того как надо проводить жизнь, чтобы стать праведником и заслужить упокоения души среди райских кущ после смерти, а затем, вновь не выдержав, заразительно рассмеялась.

– Над чем смеёшься-то? – холодно осведомился он, одновременно удивлённый её хорошим произношением на латыни и ироничным отношением к каноническим текстам.