Золотой пергамент

Солнце постепенно окрашивало все в золотистые тона, лучи все чаще пробивались на землю широкими полосами – верный признак медленно приближающегося вечера. Люди в деревне высыпали на улицу, и до окраины доносился разноголосый говор. А хозяин ветхого домика все не приходил.

Юан окончательно выбился из сил и растянулся на траве рядом с Балианом и Кристианом. Пригревшись под вечерним солнцем, он начал проваливаться в дрему, но вовремя вспомнил, что спать надо ночью, чтобы не видеть пугающей темноты, и торопливо сел.

– Подумать только, – глядя вдаль, задумчиво проговорил Балиан.

 – Мы – стражи Рассвета… Лучшие в Эндерглиде… И вот мы сидим в Дилане и рубим дрова какого-то бедного мужика.

– Спать меньше надо, – не был столь расстроен Кристиан. – О мире подумал бы, а не о себе.

– Все-таки странно, что Гволкхмэй отправил именно нас, – глухо проговорил Юан. – Почему не воинов? Они со всем бы управились…

– Жители Эндерглида имеют такое же представление о Дилане, как мы – о Градероне, – сказал Кристиан.

 – Здешним совсем ни к чему знать о существовании Этериола, так что поднимать шум не следует. А мы – единственные в Эндерглиде, кто прежде бывал здесь. Думаю, поэтому Гволкхмэй решил, что мы справимся лучше, чем кто-то другой. То, что для Балиана это вылилось в… – Кристиан подумал, подбирая нужные слова. – В заслуженное наказание – просто совпадение.

– Но как вы могли быть здесь? – наконец, решился спросить Юан. – И как это связано с родителями?

– Почему это «вы», – хмуро проговорил Балиан.

 – Ты тоже был здесь.

– Не помню! – решительно заявил мальчик.

– И не вспомнишь, – проворчал Балиан. – Тебе тогда было не больше года, и ты не делал ровным счетом ничего полезного. Ныл постоянно! – на Балиана нахлынули воспоминания, и его словно прорвало: – Замучились тебя в деревню носить, чтоб тебя кормили! И огонь постоянно поддерживать, чтобы, видите ли, не мерз! А убирать за тобой! А мыть тебя! А…

– Балиан, – Кристиан отвесил брату звонкий подзатыльник. – Начнем с того, что все это делал я.

– Я дрова рубил, – возразил Балиан с чувством выполненного долга. Кристиан обреченно махнул рукой и обратился к Юану:

– Видишь ли, Юан, мы все родились в Дилане. В Эндерглид нас забрали много позже.

Юан переводил изумленный взгляд с него на Балиана и обратно.

– Но… Почему тогда? – пролепетал он – ему было прекрасно известно, что посторонних, то есть жителей Дилана, никогда и ни за что не проведут через Врата в Этериол.

Балиан помрачнел.