Золотой пергамент

Уникальный случай, о чем Балиан и решил сообщить прочим присутствующим, потому что они вопиющим образом никак не прокомментировали происходящее.

– Видали? – многозначительно посмотрел он на Гволкхмэя и двух стражей, стоящих у его трона.

Но Гволкхмэй снова отреагировал совсем не так, как полагается человеку с нормальным чувством юмора, к коим причислял себя Балиан (у окружающих, впрочем, было о нем прямо противоположное мнение).

– Замолчи! Не время для твоего возмутительного поведения! – закричал он. – Тристан! – ярости в его тоне заметно уменьшилось, хотя громкость голоса Гволкхмэй уменьшить не мог – слишком велико было его волнение.

– Я… Я… – Тристану очень хотелось поведать правителю новости, но дыхание все еще отказывалось повиноваться ему, и каждая фраза давалась с трудом. – Мне очень жаль… Повелитель… Сокровище, – он, наконец, справился с собой и более или менее ровно произнес: – Сокровище, что за Вратами, пропало.

В зале на какое-то время воцарилась полная тишина.

– Балиан!!! Как ты посмел!

– Я? Что я? – совсем растерялся доблестный страж.

– Дерзнуть… Дерзнуть открыть Врата Рассвета! – Гволкхмэй задыхался от накатившей на него ярости. – Более того, ступить за них… И… И взять сокровище!

– Я? Я ничего не делал! – запротестовал Балиан. – Я даже не знаю, что за ними хранится. Это шутка такая, что ли? – подозрительно посмотрел он на Тристана.

– Это очень серьезное обвинение, Балиан, – холодно проговорил советник, вернувший себе былое величие. – Серьезное обвинение, которое выльется в самую жестокую кару.

Балиан изумленно раскрыл рот и уставился на него, потеряв дар речи. Ему и во сне не могло присниться, что когда-нибудь ему скажут нечто подобное, особенно учитывая то, что он ничего такого не делал. Происходящее никак не укладывалось у него в голове, и неразбериха в мыслях не позволяла даже сказать что-нибудь в свое оправдание.

Но, к счастью, тут подоспела помощь в лице стража, принесшего весть.

– Позволите сказать? – обратился он к Гволкхмэю.

– Говори, Кристиан, – милостиво кивнул правитель.

Юноша легким поклоном поблагодарил его и, с видимым трудом сдерживая улыбку, посмотрел вниз, на Балиана и Тристана.

– Конечно, это прозвучит так, словно я стараюсь оправдать Балиана – все-таки он мой брат, – сказал он.