Игра в королевство

 – Катька ткнула в сторону щетки с таким видом, словно от нее можно было заразиться тяжелой болезнью. – Мне неохота здесь торчать.

– Может, поможешь тогда? – спросила Вероника, впрочем не слишком надеясь на положительный ответ.

– А может, врезать тебе?

Вероника молча прошла мимо и взяла щетку. Катька уселась на порог и уткнулась в телефон.

Для начала Вероника направилась во второе помещение. С порога казалось, что в нем царит непроглядная темень, но на самом деле свет доходил и туда, так что грязь на полу была заметна невооруженным глазом.

Жесткая щетка, пробегая по полу, издавала противный резкий звук, который будто бы затягивало вглубь подвала. Время от времени Вероника нервно поглядывала на зияющий проем. Он напоминал вход в доисторическую пещеру, где нет ничего, кроме мрака.

Наконец у стенки собралась приличная горка мусора. Вероника принялась выметать обрывки ленты и непонятную шелуху в первое помещение.

Вдруг за спиной раздался глухой хлопок. Как будто кто-то с силой ударил ладонью по песку. А потом еще. И еще.

Вероника оглянулась. Проем по-прежнему жутко темнел и вместе с тем притягивал взгляд. Но разглядеть что-либо за стеной мрака не представлялось возможным.

– Что ты там застряла? – недовольно крикнула Катька.

– Да так.

– Мало ли что тут стучит. Мы же в подвале. – Катька произнесла это как можно более выразительно и сморщила нос, всем видом показывая: ей здесь не место.

Мусор полностью перекочевал ко входу. Хлопки продолжались, но Вероника не обращала на них внимания. И правда, подвалу, если подумать, полагается шуметь – хотя бы немножко.

Вскоре порядок был наведен – мусор собран и вынесен, а щетка поставлена на место.

– Наконец-то! – Катька поднялась на ноги и потянулась.

– Пойдем. Только у Вадима Олеговича отметимся.

Напоследок Вероника окинула взглядом проделанную работу и удовлетворенно улыбнулась: стало намного чище. Только тьма в проеме будто скукожилась, противореча всем законам физики. И вдобавок зашевелилась, как если бы там затаилась огромная черная змея, которая полностью сливалась с темнотой, и потому был виден лишь намек на нее, но не она сама.

Хлопанье к тому времени успело утихнуть.