Убийство в городе

Забыл, что они всегда с теми, кого обижают. Артем этим самым разогнал на последней дистанции девяносто процентов своих избирателей. А наш добрый и справедливый народ стеной стал на сторону обиженного и оскорбленного действующего мэра. Это была стратегическая ошибка Артема Белоконя. Если бы ни этот промах, он мог выборы легко выиграть.

Но когда вкусишь сладость власти, то у тебя от удовольствия закрываются глаза и ты уже ничего не видишь и не замечаешь, что тебя несет в другую сторону. Ты из пчелы превращаешься в муху.

Власть – это такая бацилла, от которой нет прививки. И человек становится животным.

Он начинает «мычать» на дебатах, «кукарекать» в избирательных участках, и «гавкать» в роликах, которые крутят по телевизору каждые пять минут. От человека ничего не остается. Он превращается в кандидата.

Кандидат точно не думает о своих избирателях, кандидат думает о своем «Эго»: «Эгоистично – государственно – общественно – личном», которое состоит из него одного.

Тщеславие, – страшнейший грех.

Ты в каждом эпизоде жизни думаешь только о себе. И живешь в мечтах. Это как бы во сне. То есть, тебя уже нет. Может быть, туда, одержимые властью, кандидаты, еще пустят свою семью, но только в мечтах.

В реальной жизни, они уверенны, что семьи у них нет. Когда человек вкушает власть, он о семье точно не думает. Он ее не видит. Скорее всего, не хочет видеть. А зачем? На работе ему все заглядывают в глазки, унижаются, подают чай. А дома ты просто, – Сеня: «Падай, принеси, отвали и как я тебя ненавижу!».

Вот все что он слышит. Конечно, ему не хочется домой. И в кабинете долго не посидишь, в чем-нибудь заподозрят.

Вот и наш Семен Семенович в день убийства почему-то пошел ужинать домой, когда раньше никогда туда не ходил. Никто, конечно, его возле дома не видел, и был ли он дома или нет, кроме жены никому не известно. Вот так он и попал в круг подозреваемых.

– Таня, – говорил он жене, ты должна сказать следователю, что я ужинал с тобой.

– Сеня, зачем я должна врать? – удивленно спрашивала жена, которая не отличалась умом.

Хотя об этом не догадывалась. Она была типичная домохозяйка, у которой единственным средством образования были телепередачи и сериалы.

– Понимаешь, я, как всегда, засиделся допоздна на работе, за протоколами. А в девятнадцать ноль- ноль Белоконя убили. И меня теперь хотят обвинить в убийстве.

– Семен, я не буду врать. Там же нужно клясться на присяге, – плаксиво отвечала Таня, – или подписаться на ней.