Света белого не видно

Катя в ужасе смотрела на этот кошмар и думала: «А как я теперь попаду в помещение и буду работать?»

У всех людей были совковые лопаты, и каждый расчищал снег возле своего магазина. Все прокапывали свою личную дорожку.

– Извините, пожалуйста, – обратилась Катя к хозяину соседнего магазина. – Вы не одолжите мне лопату?

– Нет, они дают лопату под личную роспись, – ответил с усмешкой сосед напротив.

– А где выдают?

– Ты что, первый раз на рынке? – спросил высокий мужчина, проходивший мимо. – Первый раз, и в такую погоду выперлась? – громко захохотал он.

 – Иди в контору, вон туда, к директору рынка, Ирине Васильевне, она и выдаст.

– Сисяс плинису, опата уна, да? – спросил подошедший мужчина лет сорока, подозрительного вида и не умеющий совсем говорить.

– Васек, отведи гражданку к начальнику, – сказал высокий мужчина, обращаясь к странному человеку.

Этот странный человек вообще очень плохо говорил. Глаза были умные, а говорил что-то несвязное, словно ребенок. Сначала Катя посмотрела на странного мужчину и увидела, что на рынке он самый добрый.

Он подбегал и всем помогал. Кому сумку поднести, кому лопату, кому воду.

– Да ты его не бойся! – толкая Катю в плечо, сказала та самая попутчица из автобуса, что жену мэра ругала. – Катюха, он дурачок местный, но незлобливый и очень услужливый. Все сделает, что его попросишь, а за это ему кто рубль, кто десять дает, и он все деньги собирает, а потом покупает что-нибудь на них вкусненькое и несет маме своей.

Он не пьет и не курит. Только в развитии остановился. Вот спроси у него, сколько ему лет? – предложила Валентина Матвеевна, – и тут же задала вопрос сама.

– Вася, а сколько тебе лет? – спросила она у странного Васька.

– Осемь, – сказал мужчина сорока лет.

– Вот видишь, восемь лет, говорит. Ему уже лет пятьдесят, как восемь лет, – смеясь, сказала Валентина Матвеевна. – А это, говорят, у него оттого развитие умственное прекратилось, что у него на глазах поезд отца переехал.

Вот он на этой почве и свихнулся. И ходит теперь дурачком по рынку.

– Ну не знаю, – сказала Катя. – Может, он на самом деле и есть нормальный, а мы все – дурачки. Тут же не знаешь, как вообще нормальный должен себя вести. А Вася, какой молодец, – маму кормит, всем помогает, не пьет, не курит, любит всех. Может, и правда он и есть тот самый нормальный, – философски заметила Катя. – А мы все непонятно что: злые вон все, каждый за себя, лопату под роспись.