Круговорот любви

Талия осиная, платье пышное, ножки тонюсенькие, – сказала Маленькая Леночка, смеясь. – Вон, вчера как ты этими ножками выплясывала перед Женькой, чуть не сломала их совсем.

– Как тонкие? У меня очень красивые ноги. Завидуют молча. Сама вон тоже в платье влезла. Костюм не надеваешь. А насчет Жени успокойся. Мы просто друзья.

– Конечно, друзья. Мы видели вчера, как вы друг на друга насмотреться не могли. А костюм не надеваю, потому что жарко сегодня в костюме. Вроде бы первый день осени, а солнце такое, что в обморок падаешь, ужас, – сказала, вытираясь платочком, Леночка Маленькая.

– Это оттого, что пояс туго затянула, – засмеялась Оля.

– А сама? Того и гляди рухнешь без сознания, Софи Лорен.

– Девочки, я в отличие от вас, пойду в костюме, – сказала гордо Лида. – Вообще вы знаете, что интеллигентные люди одеваются не по погоде, а по сезону?

– Ну, во-первых, мы сельская интеллигенция. Во-вторых, красота спасет мир, а в-третьих, у нас папашей-директоров нет, чтобы нам венгерские костюмы покупали, – произнесла, зевая, Вера Большая.

– Ну и что, – продолжила разговор Леночка Маленькая, —я лично перешила у модистки мамино пальто. У меня получился костюм не хуже, чем венгерский, смотрите!

И Леночка Маленькая продемонстрировала свою обновку из драпа.

– Ой, правда классный получился! Но тебе, Ленчик, в нем придется ходить в школу только зимой, притом без верхней одежды, – громко засмеялась Вера Большая.

– Так, прекратили! Не одежда украшает человека, а человек одежду, – строго сказала Оля Снежко.

– Правильно, Оля! Постройтесь, в шеренгу! – строго произнесла учительским тоном Вера Большая. – Я вас сейчас буду учить, как вы должны будете знакомиться со своими воспитанниками.

– Ой, тоже мне учителя с опытом, одна с тонюсенькими ножками, другая с голосом тюремщика, – засмеялась Леночка Маленькая.

– Действительно, можно подумать, мы не в одном заведении учились, – согласилась Лида Николаенко.

– Поэтому я зайду в класс, как тюремный надзиратель, чтоб у них аж поджилки затряслись! – закричала Вера Большая.

– Ужас! Мы должны любить учеников, а не пугать их, – сказала Лида. – Мой папа ни одного грубого слова никому не сказал.