Проклятие Вороньей пустоши

И чем тяжелее становился путь, чем больше накапливалась усталость, тем сильнее разгоралась ненависть внутри…

…Он стоял на самом краю обрыва – преклонив колени, широко раскинув руки, подняв к небу глаза, а вокруг бушевала чудовищная гроза. Он не замечал, как секут его косые струи жуткого ливня, не чувствовал ветра, грозящего скинуть беспомощного человечка в объятья взбесившейся стремнины далеко внизу, страшнее той черноты, что завладела его разумом ничего и быть не могло.

– Да будь ты проклята! – в исступлении кричал парень, вкладывая в слова всю боль, что причинила ему своим презрением высокомерная девчонка.

 – Пусть проклят будет весь твой род! Сыновья твои пусть не имеют потомства, а дочерям не будет в жизни ни любви, ни счастья! Смерть! Смерть заберёт того, кто полюбит их! Ни одной из рода твоего не носить обручального кольца, ни одной не примерять подвенечного платья! Да будет так!

И, будто внимая его мольбе, прокатился по лесу тяжелый громовой раскат. Да будет так!

С оглушительным треском разверзлись небеса, мир развалился надвое, затопила лес ослепляющая вспышка, выбрала себе жертву и…

Парень даже закричать не успел, только вскинул руки, в отчаянной попытке защитить глаза.

2

Лиза кликнула мышкой, закрыв открытые вкладки, выключила компьютер, потянулась, откинула со лба тёмно-рыжую чёлку.

– Ты ещё здесь, Кузнецова? – выглянул из-за соседнего компьютера коллега и незаменимый советчик Макс. – Я думал, уже возле загса топчешься, подпрыгивая от счастья.

– Что-то Тёмка задерживается, – снимая блокировку с мобильного, улыбнулась девушка.

Она и впрямь была счастлива. Назначена дата свадьбы, дело за малым осталось – подать заявление в загс, сегодня они с Тёмкой официально объявят о помолвке. – Наверное, большое начальство не отпускает… Сейчас я этому начальству устрою… – и нажала кнопку вызова.

– Кузнецова, а не передумал ли твой мачо жениться? – хохотнул Макс.

Девушка кинула в коллегу огрызок карандаша, погрозила кулаком, заметив, что он успел увернуться, и, оттолкнувшись ногами от стенки стола, крутанулась на стуле.

– Тошка, привет! Как делишки? А… ну ты уже в курсе, я смотрю… Ай, Тёмыч – вражина, проболтался! Ладно, что с ним поделаешь… И где ж тогда Верховцев мой? Почему не отпускаешь? – и после паузы. – Уехал? – улыбка медленно сползла с лица, взгляд метнулся в сторону больших офисных часов. – Сорок минут назад? Странно. Антош, а он никуда заезжать не собирался? Ну ладно… может, и в самом деле в пробке застрял.