Леон

Кусать этого человека было сущим безумием; я лежал, закрыв глаза, и тратил все силы на то, чтобы не заскулить, а скулеж все равно вырывался, стоило хоть немного отвлечься.

Потом послышались шаги. Открылась решетчатая дверца (я съежился). Чьи-то руки поставили у выхода миску с водой. Руки я узнал.

– Попей, – тихо сказала Герда.

Я не двинулся с места.

– Леон, ну я же просила, – ее голос дрогнул. – Так трудно было послушаться?

Я плотнее вжался в стенку, противоположную от дверцы.

– Ваши порталы не пробивают между мирами, – сказала она после паузы.

Собаки не творят магии, мог бы я сообщить Герде, если бы не был лишен человеческой речи.

«Я отдам тебя в приют, – сказал мой несостоявшийся учитель, перетягивая руку жгутом из аптечки. – Там тебя выхолостят и подберут новых хозяев. И раз навсегда разучат кусаться».

При одном воспоминании об этих словах у меня хвост прилип к животу.

Она склонилась и заглянула в мою темницу. Я на секунду поймал ее взгляд, а потом закрыл глаза теперь уже лапой, и через минуту услышал, как она уходит.

Вода имела запах – влага и немножко химия. Собачий нюх был непривычен и скорее мучил, чем радовал. Я подумал, что на время предоставлен сам себе, что могу доползти до миски и хотя бы напиться. Смыть с зубов отвратительный привкус крови. Но когда я почти решился – снова зазвучали шаги, и я снова их узнал.

– Выходи, сынок, – сказал знакомый голос, ядовитый, как плющ. И я не смог на этот раз не послушаться: не потому, что он применял магию. А потому, что здравый смысл наконец-то взял верх.

На трясущихся лапах я выбрался из клетки. Случайно наступил в миску, разлил воду. Остановился, опустив голову, глядя в пол, сложенный из светлых деревянных полосок…

…И пол вдруг отпрыгнул от меня, оказался далеко внизу, я увидел свои ноги в башмаках из резины и ткани, с белыми шнурками. Я чуть не упал, осознав, что позвоночник стоит вертикально, а мозг находится в высшей точке моего тела.

– Я погорячился, – тихо сказал мой собеседник. – Ты очень меня разозлил… Но ты не так уж виноват. И твоя прабабка за тебя попросила.

* * *

– Да, я знаю, ты хочешь домой. Нет, домой тебе нельзя. Во-первых, тебя немедленно казнят за убийство…

– Я не убивал!

– …Во-вторых, ты наделен очень странным, но все-таки талантом, а значит, обязан учиться и выучиться.