Ведьмачка

Реабилитация проходила с помощью родственников, при их же подкормке, поскольку о меню столовых бюджетных больниц в провинции говорить можно или с юмором или русским матом.

* * *

Новость о том, что пропавшая из поля зрения больных уникальная Нина, которая безболезненно делала самые сложные перевязки, осталась в «Склифе», только переехала в другой корпус, просочилась по всей больнице. Но к Нине стали обращаться не больные, которые не очень-то ориентировались в сложной системе отделений и корпусов. Нет! Теперь о помощи ее просили сами медсестры.

Их просьбы «по старой доброй памяти» помочь Нина, обиженная прошлым равнодушным обращением, отвергала самым действенным способом. Она рекомендовала обратиться напрямую к Василию, сыну своего индивидуального пациента. Куда их посылал Вася, она догадывалась, и после трёх просьб «помочь по дружбе» других не поступало.

Василий и жена Аркадия Андреевича, Елена Борисовна, приезжали через день.

Когда Аркадий Андреевич спал, Нина шипела на посетителей и выводила их в маленький холл, где просила написать записку. Если спала Нина, то Аркадий Андреевич заставлял пришедшего говорить тише, не будить спасительницу.

Вчера Нина сквозь сон услышала один из разговоров.

– Ты кого себе нанял, сиделку или охранника? Она ж здоровая, как Брунгильда.

– Вот именно, здоровая. – Тихо и косноязычно отвечал Аркадий Андреевич. – Смотришь на неё, и глаз радуется – совершенство.

– Да, девушка впечатляет.

– Она меня ни к кому не ревнует.

Очередной посетитель, увидев спящую Нину, восхитился.

– Хороша девка, настоящая Брунгильда.

Даже во сне Нина услышала имя «Брунгильда», о котором почти забыла.

– Меня во вьюношестве звали «жиртрестом». – Говорила мама. – Ничего, Нинка, не переживай. Уедешь из нашего деревенского гадюшника, и будут тебя называть Брунгильдой или Марфой Посадницей, обе были очень крупными бабами, и все мужики будут твоими.

– А Брунгильда кто? – Спросила тогда Нина, стесняясь уточнить о Марфе. – Я про Посадницу по истории что-то помню, а про эту…

Задумавшись, мама вспоминала мифологию, хлебнула чайку и, чтобы не вдаваться в подробности, которых так и не вспомнила, пояснила:

– У Скандинавов или Германцев, была такая воительница, а, может и королева. Всё время воевала, да с мужиками разбиралась. Очень сильная, говорят, была девушка.

* * *

Через неделю Нина поняла две вещи.