Алена и Аспирин

 – Фильмы, игры… кровища…

– Документы, – потребовал мент нелюбезно.

Аспирин отыскал в куртке водительские права. Мент изучал их долго и подробно, скептически хмурился, будто не желая верить подлинности документа.

– Документы на ребенка есть?

Аспирин едва не взвыл. Переглянулся с Аленой (та улыбалась). Нашел в сумке свидетельство о рождении, запаянное в ламинат. Мент и его внимательно изучил.

– Документы на квартиру?

– Что здесь произошло? – сказал Аспирин чуть громче и чуть тоньше, чем хотел бы.

Из гостиной показался человек в светло-синем халате – он тащил еще одни носилки, на которых тоже кто-то лежал. Носилки с трудом развернулись, оттеснив Аспирина к заляпанной кровью стенке. Аспирин разглядел молодое, с признаками вырождения лицо лежащего – парень был без сознания, поперек щеки его тянулись три глубокие борозды, ухо болталось на лоскутке кожи.

– Мы поехали? – спросил второй человек в халате, ногой придерживая входную дверь.

– Давайте, – сказал мент.

Дверь закрылась.

* * *

– А может, они психически ненормальные? – с надеждой спросил Аспирин.

Старший опер брезгливо поморщился. Младший спросил:

– А орудие?

Аспирин в который раз оглядел комнату. Стеллаж с дисками опрокинут, как если бы за него цеплялись, пытаясь подняться. Диван в крови, ковер в бурых пятнах. Все остальное как прежде – книги, картины на стенах, сувенирный подсвечник из Венеции. Ничего не тронуто, не разбито, не сдвинуто с места.

– Вы тут не трогайте до экспертизы, – в который раз сказал младший мент.

– Что же мне, так и ночевать?

– А вы в спальне ночуйте. Там чисто.

– Спасибо, – вздохнул Аспирин.

«Куклабак» на сегодня накрылся. Аспирин перезвонил Фоме, коллеге-сопернику, слезно просил подменить, как-то выкрутиться и что-то придумать. Расписал события сегодняшнего дня в таких красках, что даже Фома, кажется, поверил. Во всяком случае, подменить обещал.

– Подумайте сами, – опер вздохнул. – Мы приезжаем, квартира взломана, крови по колено и два истошных голоса орут из комнаты, что, мол, спасите… У вас дверь в комнату дубовая, хорошая, на двери защелка… Ну, открыли.

– Кто?

– Вот именно, кто?

– Я был в эфире, – быстро сказал Аспирин.

Опер удивленно на него покосился.

– А они что говорят? – спросил Аспирин, желая загладить неловкость.