Многоточие росы. Серия «Трианон-мозаика»

Он болезненно сморщился, закрываясь рукой от яркого света потолочного светильника:

– Выключи…

– А как прикажешь справляться в темноте? – Ника намеренно ответила сердито, даже резко, чтобы привести парня в чувство. – Как родителям позвонить? Или скорую вызвать? – спросила она, доставая из сумочки мобильник.

Ей не стоило этого делать. Алекс выхватил телефон из рук Ники, и запустил его не глядя, звучно попав в стену. Мобильник завалился куда-то за спинку кровати, а Ника только ахнула:

– Что ты наделал! Тебе помощь нужна…

– Свет верхний выключи… Рядом с кроватью есть ночник… – устало и почти отрешенно прошептал Алекс, словно это последнее движение лишило его остатка сил.

– Откуда ты… – начала Ника, и поняла, не докончив: он ведь почти у себя дома, и лучше нее знает, что есть в номере. – Хорошо, теперь давай в ванну. Сможешь?

Алекс медленно кивнул и уже не пытался отталкивать Нику. В ванной она первым делом открыла на всю кран с горячей водой, затем помогла Алексу стащить с себя одежду.

Усадив его в ванну и полив водой из душа на голову, чтобы поскорее привести в чувство, Ника схватила валявшиеся на полу грязную футболку и шорты и понеслась через весь коридор к стиральным машинам. Она не помнила, когда и где сбросила туфли, и теперь бежала по холодному полу, выложенному плиткой, в чулках. Но можно было уже не торопиться: когда она вернулась, Алекс так и сидел, не шевелясь, обняв колени руками, и мокрые его волосы завивались темными кольцами.

– Вставай… Вода почему-то не горячая… Ложись, я тебя укрою, – Ника накинула на парня махровый халат, снова подставила плечо, проводя к кровати. Она набросила на него все, что было в номере – и одеяло, и покрывало, но он все равно дрожал крупной, лихорадочной дрожью.

– Выпить дай мне… Чего-нибудь крепкого… – чуть слышно попросил Алекс. – У тебя бар тут есть…

Бара она не нашла. Впустую открыв пару дверец в обширной тумбе под телевизором, Ника вспомнила про пакет, который вручила Татьяна. Щедро налив коньяку в стакан для воды, Ника протянула его Алексу. Он выпил залпом, и затих, зарывшись лицом в подушку.

Она ждала в нерешительности, стоя у кровати.