Алсу Паладин

– Простите…

Что с ней сделать? Ударить, чтобы успокоилась? Поцеловать на глазах у всех? Вряд ли его кошечка признает в Томасе ее мужчину. Да, и люди, наблюдающие за ними, не поймут действий гостя. Так что же делать? Ответ пришел сам. В мыслях возникли фразы, образы и даже имена.

– Алсу Паладин? – вот что сказал он.

Глаза подростка смотрели на него ужасом: – Да.

– Мне очень жаль, но такое вам не сойдет с рук. Несмотря на то, что я прибыл к вам с хорошими новостями, – это было странно.

Слова, сказанные им, оставили не совсем обычное ощущение. Словно, он произнес фразу с какой-то механической точностью. Будто происходящее в коридоре уже было. Будто эта сцена была разыграна, но немного по-иному. Здравый рассудок подсказывал ему остановиться, но интуиция говорила иначе. Мужчина решил идти «ва-банк».

Пока он размышлял, как поступить. В глазах подростка заблестели слезы. Она неуклюже всхлипнула и почти выкрикнула:

– Простите! – и этот жест не удивил мужчину, потому что он также знал, что скажет мягкий голос директора Паоло Пабло:

– Прошу, пройдемте в мой кабинет.

*

В кабинете Паоло Пабло он чувствовал себя неуютно. Директор и завуч высказывали двусмысленные намеки на то, что комиссию по рассмотрению дела Паладин созывать не стоит, что нужно ограничиться влиянием обеих сторон на судьбу девочки. Никто не хотел громкий скандал на публике и гость в кабинете Октавии прекрасно понимал это.

Он также догадался, что происходящее не что иное, как повторение того, что было. Гость с легкостью угадывал жесты, слова собеседников, поступки. Он знал, что скажут ему через пять, десять, двадцать минут и также знал, чем закончится диалог. И даже предугадывал, то, что произойдет после порицания на поляне. Стрекоза с ссыльными не уйдет за пределы Земли. Ошибка ведущего закончится для всех печально. Но стоило ему изменить некоторые детали в диалоге, как картинка горящего корабля пропадала из видения.

Мужчина посмотрел на девушку. Лицеистка сидела тихо. Все время шептала слово «извините», но не плакала. Смотреть на вяло отвечающую девушку было неприятно, поэтому гость стал просматривать ее личное дело, пользуясь привилегий смотрящего Томаса.

Родители Алсу получили высшую меру наказания «казнь» за запрещенные разработки.