Дневники дьявола

Одна из моих знакомых, весьма импозантная и востребованная мужской половиной общества , в масштабах нашей области, дама, однажды, на светской тусовке в областной администрации, понаблюдав за нашим общением с Антоном, полушутя попыталась объяснить мне мою фатальную ошибку:

– Машка, ты просто идиотки кусок! Такому мужику надо отдаваться сразу и молча, чтобы не спугнуть его своим восторженным визгом!

За этот пламенный призыв бывалой сердцеедки я, ухмыльнувшись, подвела ее к Антону, познакомила их и, отходя в сторону, шепнула Стелке на ушко: «Дерзай, дарю мой шанс!» и она тут же взяла Максюту в оборот, но, судя по ее кислой физиономии через полчаса, до ее восторженного визга дело явно не продвинулось.

Любопытно, но моя дамская оценка мужских качеств Антона заинтересовала меня только сейчас, и я поймала себя на этой мысли сидя в кресле самолета, несущего меня на его похороны… Что-то, практически с первой минуты, определило наши отношения, даже не как хороших знакомых, как считали многие, или деловых партнёров, как считали некоторые.

О том, что мы с Антоном любовники не думал никто, несмотря на его нарочитое внимание ко мне, постоянно подкреплявшееся навязчивыми и весьма демонстративными попытками ухаживать. По крайней мере, такое предположение даже в виде шутки или сплетни не просочилось ко мне. Нас все воспринимали, скорее, как игроков, при чем всегда из соперничающих команд.

Пожалуй, это умозаключение следовало проанализировать. Мне предстояло понять взаимоотношения Антона с теми, кто его знал. Но для этого надо было сначала расставить все акценты в моем восприятии этого человека, что бы я могла оценить информацию о нем, за которой и летела по заданию редакции, с максимально объективной стороны.

И так, мне многое не нравилось в его стиле руководства, но приходилось признать, что, несмотря ни на что, огромное и сложное предприятие выстояло в пору экономического краха многих таких гигантов и было востребовано.

Властность и вездесущность Максюты раздражали многих, но меня это не коснулось никоим образом, поэтому я не смогла бы объективно оценить свою реакцию на эти его качества.

Я не знала Антона ни как отца семейства, ни как друга. Все эти области мне предстояло исследовать постфактум.

Ладно, оставим в стороне наши деловые контакты с Максютой.