Атмосфера

Чем же я плоха? Я ведь натуральная блондинка, у меня самая дорогая машина и самый большой дом в округе…

* * *

Поленька не имела привычки глазеть в окна. Или смотреть среди бела дня телевизор. Днем она двигалась: хлопотала по дому, шила или придумывала новые наряды. Лучше всего ей удавались роскошные вечерние туалеты, которые никто не заказывал.

Я же не хожу на службу – рассуждала Поленька – значит должна по восемь часов отработать дома. А то так и засидеться недолго, в домашнюю кочку превратиться. Вот и мама все время твердит – отдохни, да отдохни, не к спеху.

Но сейчас нога у Поленька болела сильно. И она, потолпившись на кухне с обедом и намяв ее, похромала к приступочкам крылечка. И прихватив с собой шитье, грелась на осеннем солнышке. Слева от Полины красовалась вполне еще летняя клумбы, справа – кусты отцветшей, конечно, но еще сохранящие на себе сочные темно-зеленные листья, сирени. В таком приятном природном окружении и работается споро.

Поленька не знала господина Мадьярова в лицо, но когда всех окружающих хорошо знаешь, нетрудно догадаться, что незнакомый высокий молодой человек с длинными, зачесанными назад темными волосами, второй день подряд прогуливающийся по улице и потихоньку разглядывающий старинный дом, он самый и есть. Вот и сейчас вчерашний гость Вербной улицы неспешно по ней продвигался и оказавшись напротив Поленькиного крыльца, сквозь штакетник скользнул по девушке с выставленной вперед забинтованной ногой рассеянным взглядом, тут же отвернулся и искоса уставился на старинный дом.

Приятное лицо – кивнула своим мыслям Поленька – такое серьезное, умное и непривычно бледное. Из этого человека может получиться хороший муж нашей немного взбалмошной Нелли. Он – серьезный, она веселая. Да, из этого может выйти толк. Надо помочь. Ну, поковыляли к телефону.

Делать добро другим людям занятие не только хорошее, но и кармически полезное.

Спешно вызванная стайка девушек во главе с самой Нелли, показалась на улице в тот момент, когда чугунная калитка напротив приоткрылась и из нее показалась нога в дорогом ботинке цвета топленного молока. Глухая калитка замерла полуоткрытой, нога немного повисела и коротким движением втянулась обратно, а калитка захлопнулась.