Кровавое наследство

В этот день мы на всю ночь убежали из приюта… Мы гуляли по ночному городу, держась за руки. Мы наблюдали ночное небо и пытались сосчитать звезды. Мы дурачились, танцевали танго без музыки и просто смеялись… И я на мгновение поняла, что имел в виду Витя, сказав мне, что если хочешь быть счастливым – будь им. Этой ночью нам не нужно было больших денег, нам не нужно было думать о завтрашнем дне, мы жили НАСТОЯЩИМ и наслаждались тем, что у нас есть. Мы наслаждались луной и звездами, мы наслаждались ласковым ветерком и какой-то непонятной свежестью этой ночи.

МЫ БЫЛИ СЧАСТЛИВЫ. Без какой либо причины… мы просто были счастливы…

– Витя, я никогда не забуду эту ночь… – прошептала я.

– Не забывай… – улыбнулся он и поцеловал меня в нос.

Я по-детски поморщилась, ухмыльнулась, непродолжительно и как-то оценивающе посмотрела ему в глаза и поцеловала его «по взрослому», в губы. Это был мой первый поцелуй. Витя не ожидал этого и даже немного вздрогнул, отстранившись, но потом вновь притянул меня к себе, провел рукой по моим волосам и страстно поцеловал.

В приют мы вернулись под утро. Ужасно сонные и уставшие, но СЧАСТЛИВЫЕ.

ГЛАВА 2

«Мы редко до конца понимаем,

чего мы в действительности хотим».

Франсуа де Ларошфуко

(1613-1680гг.)

«Ну, пробьешь ты головой стену.

И что будешь делать в соседней камере?»

Станислав Ежи Лец

(1909-1966гг.)

Я нашла визитку того мужчины, который подвез меня до приюта в тот ужасный вечер когда я навсегда потеряла свою подругу.

Я долго крутила ее в руках, то бросала на кровать, то вновь брала и рассматривала каждый ее сантиметр, будто пытаясь найти в ней что-то новое… В голове словно эхом звучал голос Вити: «Ты достойна… ты достойна… ты достойна»…

Взяв старенький телефон, который мы стащили с Викой у какого-то пьянчужки в баре, я отважилась, и набрала номер, который был указан в визитной карточке.

– Да, я слушаю, – ответил хрипловатый мужской голос.

Я вздрогнула и долго молчала в телефон, не решаясь заговорить.

– Говорите! – раздраженно рявкнул он.

Поняв, что он сейчас просто повесит трубку, я неуверенно произнесла:

– Это… это Павел Александрович?..

– Да, кто меня спрашивает?

– Это Саша… Вы помните меня? – с надеждой в голосе спросила я.

– Саша? Какая еще Саша?

– Я с приюта… Вы меня когда-то подвозили, когда я потерялась…

Павел Александрович меня вспомнил. Его тембр голоса изменился и стал более мягких.

– Как у тебя дела? – спросил он.