Прощание с Гербалаевым. Житейские хроники

Все дело в теории вероятности (правильно – «вероятностей», да языку ложное проще; того же Гербалаева называли и барбалаем, и ермолаем). Гербалаев поделился со мной этой тайной, и я ему благодарен, потому что в этом – и кое в чем еще – он оказался прав. Пять процентов из ста всегда соглашаются, и неважно, что им предложишь – выйти замуж за Гербалаева или лечиться дерьмом. Я это потом проверял в больнице, и все подтвердилось.

А потому ради пяти «да» приходилось выслушивать девяносто пять «нет». Или сто девяносто «нет» ради десяти «да».

У меня рождались творческие идеи.

Например, я взял амбарную книгу, разлиновал и записал туда телефоны, начинающиеся, как мой, с цифр 186. Чтобы не бегать никуда, а трудиться в своем районе.!860000, 1860001, 1860002 и так далее. Садился и начинал донимать людей «социологическим опросом». Я, конечно, ничего по телефону не предлагал и не объяснял, мне было важно забить стрелку. Как в анекдоте про старого козла, который всех поражал своими любовными успехами.

Он делился: «Мне, главное, довести ее до рояля…»

А еще я придумал вот какое гнусное дело. Покупал газету, лез в раздел «Знакомства». Выискивал объявления типа «Беляночка-пухляночка ждет морячка».

Во-первых, пухляночка. Во-вторых, я морячок – запаса, правда.

Ну и вперед.

Эпизод 11: Евангелие от Марка

Пращур Гербалаева, американский дядюшка Марк Хьюз, сумел достать даже самых зомбированных.

Каждая презентация, каждая школа для неофитов начиналась с Закона Божьего: в начале были Марк и его больная бабушка Мими.

Бабушка Мими, мистическая тортилла, страдала американским образом жизни: жрала все подряд, смотрела телек, распухала и последовательно приобретала ожирение, диабет, склероз, гипертонию и прочие диагнозы.

Марку страшно хотелось помочь бабушке. Еще больше ему хотелось разбогатеть.

Предание гласит, что некто – чуть ли не сам доктор Катцин, один из будущих Апостолов Марка – снабдил его банками с бракованным порошковым питанием для космонавтов.

То есть ничего вредного там не было, но космонавты есть не стали.

Добрый внук приволок банки к бабушке и приказал съесть. Бабушке было не привыкать. Она употребила продукт и расцвела кладбищенским цветом. Все прошло.

А дальше заработало сарафанное радио. Я уж не знаю, что там у них, в Америке – лавочки у подъездов, национальные слеты паркинсоников или что другое. Всем захотелось чудесного космического порошка, и Марк вознесся на небо живым.