Жертва

Беатрис возненавидела «Бенкитт Хелфлайн» и всех его сотрудников, когда на ее глазах умирали сотни. Виновник того кошмара сейчас спал сном младенца. Торнтон отделался ушибами и почти наверняка сотрясением мозга, но его состояние заботило Беатрис в последнюю очередь. А вот как бы профессор не начал вопить, когда откроет глаза – вполне. Вряд ли крики ему помогут, но она не была уверена, что рассчитает силу удара. Руки так и чесались.

Не знай она его истории, решила бы, что он сбежал от мамочки и потерялся. Обычно таких людей приключения обходят стороной.

Для Торнтона судьба решила сделать исключение, и он этим воспользовался. Отправив на тот свет десятки тысяч. Она с трудом подавила в себе нарастающую неприязнь.

Беатрис выбрала небольшой отель, подальше от основных трасс, в самой глуши. Номер представлял собой уютную комнатушку с небольшой двуспальной кроватью, тумбочкой, телевизором и старинными часами на стене. Часы негромко тикали, напоминая ей о похожих в гостиной родительского дома. Много времени прошло, пока она признала, что ее дом – весь мир, а не четыре стены, в которых осталось прошлое.

Канада напомнила ей Россию – не столько пейзажами и просторами, сколько затянувшейся зимой и неизбывной тоской зябких длинных ночей.

Сэт пошевелился и открыл глаза, и она пересела поближе – чтобы сразу заткнуть его в случае чего. Он смотрел настороженно, как кролик на удава, и Беатрис решила не расслабляться.

– Где я? – в сочетании с тем, как он держался за голову, прозвучало почти мило.

– В отеле.

Ей было интересно, как профессор себя поведет. Она хотела спросить, не мучают ли его кошмары – потому что ее, оказавшуюся в гуще событий, стоявшую на грани жизни и смерти, они терзали до сих пор.

– Почему я в отеле, а не в камере? Ваши дружки дали мне понять, что не отстанут, – поинтересовался он с плохо скрываемым сарказмом.

– Они не мои дружки, – хмыкнула Беатрис, – я не оставляю друзей в горящей машине. Могу я рассчитывать на ваше благоразумие, профессор?

Наемников она видела впервые.

За исключением Ронни Халишера. Один из его подручных идиотов додумался стрелять, пришлось устроить аварию. Она вытащила их из машины, на этом исчерпав лимит человеколюбия. Выяснилось, что Ронни не в курсе ее участия в операции, потому как смотрел на нее большими глазами перед тем, как отключиться. Беатрис даже не успела у него ничего спросить.

– Спасибо, – прозвучало искренне, хотя по-прежнему недоверчиво. Он поднялся, но резво прислонился к стене.