Заклятая невеста

 – Но, между прочим, на том балу Тереза встретила Анри.

Анри – муж сестры, он носит ее на руках в прямом и переносном смысле. Кстати, несмотря на несгибаемый характер Терезы, именно он сумел с ней справиться и превратить нелюдимую и жесткую сестренку, некромага, во влюбленную женщину.

– Тогда я совершенно точно никуда не пойду.

– Р-р-р! – Луиза взвилась с диванчика. – Лавиния, вы совершенно невыносимы!

– Поэтому я и не хочу себя никуда выносить. А впрочем… – Я задумчиво посмотрела на нее. – У меня к вам есть деловое предложение.

– Неужели? – Луиза сложила руки на груди.

– Вы поговорите с моим братом и наконец перестанете его наказывать за ошибку, которую он совершил больше года назад.

Воинственность на ее лице уступила место привычной маске. Так случалось всегда, стоило мне заговорить с ней про Винсента, и тянулось это со дня их ссоры. Мой брат – политик, правая рука королевы, за много лет супружества не уловил одну простую истину. Луиза любит его больше всего на свете и готова отдать за него жизнь, но она не привыкла к его методам и целям, оправдывающим средства.

– Ваш брат сам себя наказал.

– Правда? – Я отзеркалила ее позу. – Винсент, конечно, поступил жестко, но он защищал семью. Вас в первую очередь.

– Мне кажется, этот разговор никуда не ведет, Лавиния.

– Мне тоже кажется, что мой бал никуда не ведет, – пожала плечами я. – Но я уступлю, если уступите вы. Итак?

– Вы уверены, что, помимо магии, Винсент не учил вас политике? – поинтересовалась Луиза.

– Политика – это скучно.

– Очевидно, не для вас, – пробормотала она. Закусив губу, прошлась по комнате, и ее сиреневое платье с турнюром (самое невыносимое изобретение, да простит меня его создательница) зашуршало.

Пока Луиза справлялась с моим предложением, я размышляла о том, что делать дальше. По большому счету она права: мне стоит устроить бал и выйти в свет. Хотя бы для того, чтобы не давать еще больше поводов для сплетен.

Так уж повелось, что в Энгерии, стране, где правит женщина, все остальные женщины самым непостижимым образом превращаются в приложение к мужу.

Да что говорить, нам даже магией запрещали заниматься, из-за чего у большинства из нас со временем выродились способности. Винсент и Тереза учили меня, когда матушка не видела, иначе я бы сейчас тоже не могла отличить плетение закрывающее от раскрывающего, а вместо магии жизни знала бы только, как вышивать и музицировать.