Танцующая для дракона. Небеса в огне

– Так вот оно, секретное оружие Даармархского! – фыркнула я. – Могучий храп иртхана?

– Именно так.

Говорить об истории Ильеррской было куда проще, чем о нас.

О нас?

– Увидимся, Танни, – произнес Рихт, лишая меня необходимости затирать снова вспыхнувшую неловкость. – Я буду ждать.

Долгий взгляд – и Рихт вышел за дверь, оставив меня наедине со своими мыслями. А мыслей было ой как много, в частности о том, что он только что сказал.

Девушка?

Нет, серьезно?!

Нет, серьезно. Это серьезно, а я ни о чем серьезном думать сейчас не способна.

В частности, о поцелуе, который почти не помню. Точнее, помню какими-то урывками. У нас с Рихтом все вообще как-то феерично: первый поцелуй – на пике Вдохновения, когда мне удалось первый раз войти в роль, второй я даже почувствовать не успела, потому что Гроу меня утащил во флайс, апеллируя к условиям договора, по которым в общественных местах я обязана появляться только с ним. А третий…

Третий вот так.

Когда из ощущений во мне остались только теплые губы на моих и желание продолжать.

А ведь я бы продолжила.

Если бы не пять минут, если бы Рихт не остановился, когда я вздрогнула, наверное, рядом с ним я действительно могла бы продолжить.

В ту минуту, когда я об этом подумала, за окнами смолкла сирена.

Молнией метнувшись к дивану, я схватила пульт и клацнула им. Первым врубился «Соларс Ван», и виды родного города сопровождались быстрыми словами репортера:

– … драконы опустились на землю, все как один. Это невероятно!

Небо над пустошами Мэйстона действительно было чистым, ни единой точки.

– Что там происходит, Эйна?

– Ближе нас не подпускают, но, по последним сведениям, местр Халлоран с супругой уже прошли за кордон к драконам.

Камера чуть дрогнула, а в следующий миг на заднем плане появился вальцгард. Скажу сразу, в штатском они выглядят гораздо более приземленными, а в форме – просто отпад.

Стоявший на заднем плане парень мог играть в кино.

Легко.

И я бы смотрела только потому, что он там играет.

Вальцгард что-то сказал женщине-репортеру, а потом отступил в сторону.

– Что такое, Эйна? – несмотря на профессионализм, голос диктора едва уловимо дрогнул.

– Нас приглашают пройти ближе.

Невольно сдавила тонюсенький, как лист чипсов из водорослей, пульт.

Единственная возможность по-настоящему прикоснуться к миру иртханов для человека – в таких вот коротких репортажах. В том, что они позволяют увидеть и узнать, а позволяют они не так много.