Любовница поневоле

У мамы волосы цвета шоколада и ярко-голубые глаза, а я пошла в папу: светловолосая, с зелеными глазами. Разве что очков не ношу, и взгляд у меня жесткий.

Дэн так говорил.

– Что-то с магазином, Чарли? – поинтересовался отец, появляясь в гостиной с подносом, на котором чайник и чашки.

Приходится рассказать им, что я теперь вдова, и с каждым словом мне становится легче, совсем чуть-чуть, но это ослабляет тяжесть на моих плечах. Правда, решила умолчать про предположение полицейских я молчу, ни к чему родным знать про врагов Дэнвера и про то, что это может быть вовсе не несчастный случай.

Не уверена, что мне самой было нужно это знание.

Родители слушали молча и внимательно, даже когда я закончила, долго молчали, пока мама первой не нарушила тишину:

– А я говорила, что он плохо кончит.

– Иви! – сурово посмотрел на нее отец.

Волнуется, раз повысил голос. Папа у меня мягкий и любую ссору может свести на нет. Но настоять на своем тоже может всегда. Хотя мама до сих пор не простила себе, что позволила отцу выбрать имя ребенку.

Папа очень хотел сына, хотел назвать его в честь своего деда – Чарльзом. Только родилась я и спутала ему все карты. По словам бабушки, родители еще пару лет после моего рождения спорили насчет этого, но я так и осталась Чарли. Хотя мама с детства называла меня исключительно полным именем – Шарлин.

– Что – Иви? – нахмурилась мама. – Дочка, не стоит он твоих переживаний.

Отец метнул на нее убийственный взгляд:

– Чарли, это ужасная смерть, но… Дэнвер давно не имеет к тебе никакого отношения.

Он всегда был сам по себе, даже когда вы были вместе. Он… был другим.

– Вервольфом, – сухо напомнила я.

Не только родители Дэна были против нашего брака. Мои тоже не выразили особой радости, хотя и не отказались от меня и даже пытались если не полюбить, то хотя бы принять моего мужа.

– Дело не в том, что он был вервольфом, Шарлин. Просто себя он любил больше, чем тебя.

Мамино признание – неожиданное. Я всегда яростно отстаивала свой брак, а сейчас больше нечего отстаивать.

Потому что мамины слова созвучны с моими мыслями.

– Мне все равно кажется, что это я виновата.

– Это не так, Чарли. – Отец налил крепкий чай и подвинул ко мне чашку. – Владыка душ сам решает, когда подарить жизнь, а когда забрать.

– Но может быть, если бы я была рядом, ничего этого не случилось бы.

Мама крепче сжимает мою руку:

– Шарлин, Дэнвер сам сделал свой выбор, когда ушел.