Мятежница

Только когда оказалась наверху и глотнула одуряюще свежего воздуха, наконец-то поверила, что не останусь навсегда в подземелье. Там, где все пропахло солью и смертью.

Никогда бы не подумала, что можно так соскучиться по небу. По птицам, что взметнулись с хиленьких деревьев у входа в пещеры. По морозцу, что мигом цапнул за пальцы без перчаток.

Меня шатало, поэтому смогла дойти только до большого камня и опереться о гладкий бок. Наблюдая, как из-под земли один за другим выходят артанцы. Их взгляды были хмурыми, только лошади встречали прохладу пасмурного вечера счастливым ржанием.

Дыхание постепенно выровнялось, перед глазами больше не темнело, и я повернулась к Логхарду. Он стоял в двух шагах, ко мне спиной, глядя на своих воинов.

– Зачем вы это сделали?! Устроили бойню?! – прозвучало хрипло и чересчур громко даже для меня.

Плечи артанского князя окаменели, он резко повернулся. Если бы взгляд мог убивать, меня бы намертво впаяло в камни. Шаг вперед – и его руки сомкнулись на моей шее.

– Хотела остаться там? – прорычали мне в лицо.

– Нет, – прохрипела, и князь немного ослабил хватку. – Но это жестоко. Расплачиваться людьми, их жизнью, когда можно договориться.

Холодные глаза потемнели.

– Не суди о том, чего не понимаешь.

– И правда не понимаю. – Я шумно сглотнула, но взгляда не отвела. – Артану принадлежит множество родников, но вам все равно мало! Вы даже горы преодолели, чтобы только присвоить себе новые земли. Человеческие жизни для вас ничто!

– Замолчи. – Голос Мрака был тихим, но страшным.

Я шумно вздохнула, все внутри перевернулось от накатившего ужаса, но… поддаваться нельзя. Смотри ему в глаза, Амелия, смотри и не отводи взгляд.

– Я не понимаю, о чем вы, – произнесла медленно, по слогам.

– Что такого почувствовал в тебе Авалон? Он древний, как сама земля, поэтому любит собирать различные диковинки. Так какая в тебе магия, если даже сам царь проклятых заинтересовался?

– Во мне нет магии, – прошептала, потому что на большее не хватило сил.

Мрак прикрыл глаза, по лицу его прошла судорога, словно он боролся с искушением меня задушить. Вместо этого тяжелый кулак ударил по камню над моей головой: так, что посыпалась пыль и крошка.

– Подумай хорошенько, фрейлина. Еще раз. И отвечай. Правду. Ради чего я рисковал своим войском?

Под таким взглядом хотелось во всем признаться.