Лиарха

Действительно готов, даже кулаки сжимаются, а в ладонях концентрируются искорки силы.

Хар только усмехается.

– Об этом и речь, Лайтнер. Я не собираюсь лезть в твою жизнь, но как твой лучший друг советую тебе закрыть тему Мэйс. Хотя бы внутри себя. Ну или сделать так, как тебе хочется. В смысле, строить свою жизнь такой, какой ты ее видишь.

Раздражение гаснет так же быстро, как и вспыхивает.

– Въерх действия?

– Не люблю тормозить.

– С М’эль ты точно не тормозил.

– Решил, что если плохой парень ее разочаровал, то хороший подойдет ей больше, и рискнул.

– Долго подступался? – я легко пихаю друга в плечо и подмигиваю, но Хар не ведется.

– Я не стану обсуждать с тобой свою девушку.

– Справедливо, – соглашаюсь я и добавляю: – Я подумаю над твоими словами насчет Мэйс.

Мы съедаем завтрак, принесенный курьером, оставляем только часть для Кьяны (она наотрез отказывается выходить). И я понимаю, что не могу задерживаться у друга надолго. В прошлом мог бы, но сейчас мне нужно свое жилье, а еще новый тапет – мой остался у Родреса.

– Мне нужно съездить домой и поговорить с матерью. Я должен узнать, все ли с ней в порядке.

– Возьми мой эйрлат.

– Спасибо.

Я хлопаю друга по плечу и направляюсь к выходу.

– Лайт?

– Что?

– Я могу рассказать Кьяне про раг’аэну?

– Можешь, – киваю я с улыбкой. – Пообещай ей знакомство с Эн, если перестанет пытаться учить меня жизни.

После разговора с Харом мое настроение улучшается, и жизнь уже не кажется грязной лужей со сточными водами.

Я добираюсь до Первого круга привычным путем. Он разительно отличается даже от того же Четвертого. Здесь каждый особняк размером с квартал и окружен большим парком, а отцовский больше всех. Здесь богатство и роскошь, нет только свободы.

Я останавливаюсь возле ворот в дом, но ворота даже спустя минуту остаются закрытыми, а значок доступа мигает предупреждающим красным.

Какого едха?

Хотя я догадываюсь, какого. Его зовут Диггхард К’ярд.

Поэтому выхожу из эйрлата и направляюсь к зрачку камеры системы.

– Впусти меня, – приказываю, позволяя ей сканировать мое лицо.

– В доступе отказано, – отвечает мне равнодушный голос системы.

– Я здесь живу.

Точнее, уже не живу, но здесь живет моя мать.

– В доступе отказано.

Хидрец!

Я разжимаю кулаки, и волна моей силы ударяет в ворота.