Бабочка

Весь холл провоняли дерьмом, – резко развернувшись, словно только обо мне вспомнил, мужчина шагнул в сторону ближайшей двери. По всей видимости, своего кабинета.

Я шагнула за ним, и в этот момент политари оторвали парня от стенки.

Наши взгляды встретились, и я увидела, как расширились его глаза. Он смотрел так, словно меня узнал.

Глава 6. В кабинете декана

Вирна Мэйс

Это длится мгновение, за которое я даже не успеваю удивиться. Парня дергают за капюшон и толкают вперед, зрительный контакт рвется, как натянутая нить хлестким резким:

– Пошел!

– Нисса, – голос мужчины звучит со стороны кабинета, и я даже не сразу понимаю, что он обращается ко мне.

Все потому, что смотрю в сторону арестованного и политари, которые ведут его по коридору, но он даже не пытается обернуться. – Нисса!

Последнее звучит уже раздраженно, и я поворачиваюсь к тому, кто стоит у открытой двери.

– Мне кажется, или у вас пропала сестра?

Киваю и прохожу внутрь: здесь гораздо теплее, чем снаружи, а стены выглядят более-менее сносно.

В остальном это обычный рабочий кабинет, за исключением голографической доски, на которой мигает карта западной дуги Пятнадцатого круга. Светящиеся точки передвигаются по улицам, петляют между домов (видимо, наряды политари).

Мужчина резко выдергивает верхний ящик стола, так резко, что чудом не срывает с доводчика, а после кивает мне на диван. Видавший виды, с потрескавшейся кожей, этот диван стоит у дальней стены, под портретом основателя Ландорхорна, пафосная надпись «Клянусь служить и защищать» занимает всю стену наравне с дипломами, особая полочка выделена под награды.

Дж. К. Ронгс, успеваю прочесть я перед тем, как мужчина подходит ко мне. Оказывается, он уже закурил, и едкий дым проникает в легкие, вызывая желание зажать нос.

– Так, – говорит он и жестом указывает мне на диван, но я не сажусь.

Потому что не представляю, зачем мне вообще садиться на диван, если заявление удобно заполнять за столом.

Кажется, он тоже понимает ход моих мыслей, потому что раздраженно хмурится и затягивается еще глубже, выпуская кольца вонючего дыма.

– Вы говорите, что у вас пропала сестра, нисса…

– Мэйс. Вирна Мэйс.

– Вирна, – повторяет он мое имя, прищурившись, и мне едхово не нравится его взгляд, потому что мужчина смотрит мне не в глаза, а куда-то в район выбившейся из заколотых волос пряди, падающей на грудь.