Нейроморф

 – Откуда все эти слова выплыли из его памяти? И это не первый раз. Были и другие фразы. Они несомненно из прошлого. Причем далекого прошлого… непонятно. Может это генетики начудили? Или просто забыли убрать что-то из памяти? Нужно уточнить у программы.

– Что за чушь я несу? Откуда это все в голове, нейротрон? – спросил Тим.

Прибор молчал.

– Отвечай!

Тишина.

– Слышишь ты, железяка, отве…

Закончить Тим не успел. Взглянув на нейротрон, он понял причину молчания. Ранее светившийся голубым светом прибор на левой руке вдруг погас.

– Что за ерунда? Эй? Железяка!!! Ответь!!! Ты будешь работать?

Тим с силой несколько раз приложился по устройству кулаком, однако кроме холодного прикосновения к металлу и легкой боли в мышцах ничего не почувствовал.

– Блин, – с досадой в голосе произнес пленник комнаты. – Без тебя я не смогу выйти отсюда. И нужно же было этой штуке выйти из строя в самый неподходящий момент.

– Не нужно ничего искать, – раздался неизвестный тихий голос и комнату пронзил яркий красный луч.

Он шел из нейротрона и с каждой минутой становился все ярче и ярче. – Я всего лишь усыпил твой компьютер на время.

– Зачем? И кто ты такой?

– Чтобы поговорить с тобой.

– Зачем?

– Чтобы ты знал, что не один такой.

– Такой – это какой?

– Скоро узнаешь, – голос становился все веселее и веселее. – Как насчет прогулки по городу?

– Не помешало бы, вот только я без лица, если ты не в курсе. Да и тело еще не восстановилось после пробуждения.

Такого как я, там будут ждать сплошные неприятности.

– Это ерунда, – все не унимался голос. – Ты сможешь прогуляться по улицам и вернуться обратно. Пока ты не социализирован и твой нейротрон обезврежен на тебе нет поводка, а значит, отследить тебя будет трудно.

– А за мной следят? – в очередной раз удивился юноша.

– Конечно, дружок. В этом мире везде есть свои уши и глаза. Дядюшка Сэм все еще тянет свои костлявые руки к горлу свободы.

Ты же очередное человеческое изделие. Ты плод труда нескольких десятков гениальных умов этого мира и тебя не положено оставлять без присмотра. Как и всем здесь живущим, к слову.

Тим встал напротив окна и прислонился к холодной стене. Прикосновения были неприятными, но терпимыми. Уж гораздо лучше, чем та информация, что вылилась на него сейчас из динамика взломанного нейротрона. Вот только насколько ей можно было верить? Это был определяющий вопрос.