Лучшие враги

– Но вы же желаете бывшего начальника отправить в лучший мир?

– Да, но… – Он оглянулся через плечо, проверяя, не подслушивают ли нас хозяин и немногочисленные посетители. – Не хотел затрагивать щекотливый вопрос, но мы уже оплатили замку тридцать монет.

– Они не включали темную магию, – напомнила я. – Темной магии нужна оплата. Иначе призрак вернется обратно в кабинет, и вы точно поседеете, господин Боуз. Отдайте мелочовкой, иначе потом обойдется дороже.

– Почему? – тихо спросил он.

– Расценки вырастут.

– Тогда мы дождемся, когда из замка пришлют светлого чародея. У вас же там чародеев много проживает, – попытался он меня шантажировать.

– Прекрасно, – мило улыбнулась я. – Дожидайтесь. Вечером я им напомню, что вы ждете. Всего доброго, господин помощник. Передавайте привет новому мэру и мое почтение старому…

Я взялась за вилку и с заинтересованным видом начала отскребать яичницу.

– С другой стороны, сколько еще ждать? – нервно улыбнулся Боуз и поднялся из-за стола. – Пойду с хозяином расплачусь.

– Идите, – с трудом сдерживая издевательскую ухмылку, благословила я на растрату.

Что-то бормоча под нос, он понуро потрусил к тавернщику, с интересом следящему за нашими переговорами. Особенно не прислушивалась, но, кажется, помощник мэра ловко уместил и связал в одном предложении аферистов, ведьм и славный род чародеев, живущий в замке в окрестностях города. Хотя, конечно, дураку было известно, что именно город стоял в окрестностях Иствана.

– Кстати, господин помощник, возьмите бутылку вина! – крикнула я ему в спину.

Бедняга Боун так резко обернулся, что едва не потерял равновесие.

– Прямо сейчас?! – В лице и в голосе читалось искреннее возмущение. – Утро на дворе!

– Не поверите, но я заметила, – издевательски прижала я руку к сердцу.

Онемев от возмущения, он пару раз открыл и закрыл рот, а потом все-таки вернулся с бутылкой вина, заткнутой пробкой.

– Я купил белое игристое, – буркнул помощник и снова уселся на лавку.

– Да без разницы. Бутылка для господина мэра, – пожала я плечами, закусывая практически холодной яичницей.

– Он же бестелесный, – не понял Боуз.

– И что? – сощурилась я.

– Нет-нет, ничего! Он и при жизни весьма уважал белое игристое, – помахал помощник руками и не удержался: – Долго мы будем завтракать?

– А вы куда-то торопитесь? – отозвалась я, спокойно намазывая мягкий сыр на хлеб. – Поверьте, издох… умерший мэр никуда не исчезнет.