Квест Академия

Форстад на мгновение замер и вдруг с такой яростью запихнул папки, что они посыпались на пол. Пришлось прижаться спиной к стеллажу, чтобы сверху не прихлопнуло чужой дипломной работой. И все равно прилетело. Острым углом по темечку, даже в глазах потемнело.

– Извини, – сверху бросил кретин. – Соскользнуло.

– Ты специально! – взвилась я, потирая ушибленное место.

– Руки совсем не слушаются, – ухмыльнулся он.

От злости я пнула лестницу. Та затряслась, и сверху донесся сдавленный поток брани.

– Рехнулась?!

– Извини, нога соскользнула! Такая непослушная! – объявила я.

– Вы двое! – завопил снизу архивариус. – Что у вас происходит?!

– Трудимся на благо академии! – отрапортовал Илай. Он ловко спрыгнул с лестницы, отряхнул руки, свитер и небрежно бросил: – Приберись здесь. Я заплачу.

И вдруг стало очень-очень обидно! Никогда не считала себя нежной фиалкой с тонкой душевной организацией, чтобы докопаться – надо постараться, но кретин как-то ловко умел находить болевые точки.

– Заплатишь? – тихо повторила я, мысленно представляя, как выплескиваю на него ведро грязной воды.

– Семь соримов хватит? Как раз методичку купишь.

Пока соображала, чем парировать, он, наступив на папку и оставив на обложке пыльный фигурный отпечаток, направился к лестнице на первый ярус.

– Столичная принцесса! – бросила я в сердцах.

Форстад резко остановился и оглянулся:

– Как ты меня назвала?

– Да я вообще-то молчала. Пыталась прикинуть, хватит ли семь соримов или больше запросить.

– Столичная принцесса? – с угрозой в голосе повторил он.

– Ну… приятно познакомиться, – с трудом сдержав ехидный смешок, развела я руками. – Почему-то думала, что ты только на имя отзываешься, но, если настаиваешь, могу называть тебя принцессой. К слову, тебе подходит.

– Эден… – с предупреждением проскрипел он.

– Это, конечно, ужасно странно, но если тебе нравится…

– Смотрю, ты знаешь толк в том, как нажить себе врагов, – нехорошо усмехнулся он.

– А ты что, хотел подружиться?

Форстад просто ушел.

Глава 2

Инструкция по доведению принцесс

Измученные и усталые, впятером мы стояли в гулком холле с высокими потолками и до конца не верили, что каторга в архиве закончилась.