Бедовый месяц

 – Нам пора прощаться с гостями и уезжать.

Подождите! Мы же только поздоровались со всеми. Теперь что, по новому кругу? Да мы так до старости из этой оранжереи не выберемся! Если не умрем голодной смертью.

– А поесть невесте и не дали, – едва слышно буркнула я себе под нос, но у мужа оказался на удивление острый слух.

– Что?

Я подняла голову и наткнулась на внимательный взгляд. Впервые с момента знакомства Филипп смотрел на меня не как на пыльные оленьи рога, а как… на живого оленя с этими рогами.

– Что? – повторила за ним с улыбкой той самой прелестной дурочки, о которой говорила Лидия.

Придурковато улыбаться у меня всегда получалось. Хорошо помогало, когда приходилось торговаться на рынке или объясняться с придирчивым преподавателем по бытовым заклятиям в пансионе. С городской стражей опять-таки прекрасно срабатывало. Но не всегда…

– Вы голодны? – мягко спросил он.

Дождалась! Неужели первый человеческий вопрос за сегодняшний день?

– Очень, – с чувством призналась я.

– Поужинаем на борту дракона.

– А что нам мешает здесь поесть? – вырвалось у меня.

– Время.

Зачем только про еду спросил? Мысленно я почти переварила десяток тарталеток с мягким сыром и заела их тончайшими листиками ферзайской ветчины.

– Дракон не успеет в теплые края? – любезно уточнила я.

Да помню – помню! – как тетушка Клементина советовала до самой старости, пока зубы не выпадут, прикусывать язык. Потом просто прикусывать станет нечем, и можно будет шамкать в лицо муженьку правду-матку.

Но от голода во мне всегда просыпалась жуткая ворчунья. Клянусь, самой с собой тяжело уживаться!

Губы Филиппа дернулись, словно он пытался сдержать смех.

– Не знаю, что насчет дракона, – совершенно серьезным тоном ответил он, – но будет лучше, если к ночи мы окажемся на месте.

Острая мысль прошила как иголкой. Конечно же! Сегодня нас ждала первая брачная ночь. Я не забыла. Да и как об этом забыть? Просто старалась не думать о том, что идет в довесок к свадьбе.

Как любая прогрессивная девушка с образованием, я знала, из чего состоит мужчина.

В смысле, когда на нем не было никакой одежды. По анатомическим атласам. Да и о том, что происходит в супружеской спальне, имела представление. В пансионе от девчонок чего только не наслушаешься! Но ведь эта особенная ночь произойдет со мной, а не с соседкой по комнате…

Никогда не считала себя трусихой, однако в животе вдруг завязался крепкий узел. С другой стороны, голод сразу же прошел.