Уснувший в приливе

Лейтенант спокойно произнес, что у него были все основания считать, что мы чуть не напоролись на останки лайнера прошлогодней экспедиции. И хоть подсознательно мы все думали так же, слова лейтенанта, произнесенные вслух, вызвали сильное чувство тревоги. Не было никаких намеков на то, что могло случиться с достаточно современным лайнером и его подготовленной командой. Могли ли они напороться на камни, скрытые в воде? Но почему тогда на берегу не было никаких следов их спасения?

Следующий вопрос Буллер адресовал уже нам, повернувшись лицом к профессору Брауну.

Обращаясь к нему, он словно попросил весь научный состав дать объяснение необыкновенному зеленому оазису, противоречащему законам природы. Тогда мы все невольно обратили взор на Мию, которая сперва даже немного растерялась, после чего произнесла, что понятия не имеет, что могло вызвать такой бурный рост растительности. Браун заверил лейтенанта, что научный состав, лично подобранный им, был способен решить любую загадку холодного континента.

Лагерь «Вергилия-2». 5.00

24 ноября 2078 года.

Много часов прошло с того момента, как кто-либо из экспедиции последний раз пытался поспать. Зависшее над горизонтом летнее тусклое солнце не собиралось его пересекать, мешая мозгу вернуться к привычному биологическому ритму. Я чувствовал себя, как будто только что проснулся, но спал настолько плохо, что веки были каменными и постоянно стремились опуститься. Аарон, испытывая те же проблемы, решил не терять времени и отправился устанавливать зонды за пределами лагеря.

Я составил ему компанию.

Мы отходили от лагеря, вонзая в грунт спустя каждые три сотни футов очередной радиозонд, способный точно измерить состав воздуха и примесей в нем. Кроме того, установив несколько зондов в одну линию, Аарон мог считать показатели радиации и каких-либо других волн. Я не очень разбирался в теории, но суть заключалась в том, что мой друг и коллега, обработав информацию с зондов, в итоге мог сказать, как сильно на Антарктиду повлияла деятельность человека и присутствуют ли в воздухе все те примеси и излучения, которые уже давно стали привычными для больших городов.

Последний зонд мы решили ставить на вершине одного из холмов, который находился совсем недалеко от нашего лагеря. Его высота не превышала трехэтажный дом, но восхождение далось тяжело, так как по своей сути все его основание представляла собой насыпь из мелкой гальки и песка. Сверху открывался потрясающий вид на нашу бухту.